И, стоило все это мне озвучить, дед сдулся и устало опустился на стул.
– Хороший вопрос, девочка. Очень хороший. Потому что и в таком виде он на рабочем месте появляться не может, но и бросить работу именно сейчас уйти в отпуск тоже невозможно, правильно я понимаю, Рейстлин?
Сидевший на столе попугай открыл было клюв, чтобы ответить на вопрос герцога, но не успел. В кабинет деда постучалась служанка и робко сообщила:
– Лорд Энтони, к вам граф Николас Монтегю. Пригласить?
Дедушка вместо ответа посмотрел на чернокнижника.
Тьма, я была готова поклясться, что на морде, то есть лице (или что там у попугаев?) появилось раздосадованное выражение.
– Боюсь, граф к вам по просьбе моего брата, – признался он. Просьба? Ха! Мне несложно представить, как эта самая просьба выглядела. И чем, интересно мне раньше так нравился Ларс? Загадка, которую сейчас отгадать почему-то не получается.
– Пригласи, – разрешил герцог, и Мэгги (так звали служанку), сделав реверанс, удалилась.
– Ему можно доверять? – не сдержала вопроса я.
Ну, а что? Почему я должна молчать? Я лицо заинтересованное.
– А вашим слугам? – парировал Рейстлин, намекая, что кто-кто, а вот слуги способны разнести любые слухи. Но дед не дал разгореться спору:
– Безусловно. При устройстве на работу они дают клятву о неразглашении.
Рейстлин ничего не ответил. На какое-то время в кабинете повисла тишина, нарушить которую не стремилась даже бабушка, всегда соблюдающие законы гостеприимства. Затем дверь открылась, и в помещение вошел высокий темноволосый мужчина с серыми глазами и морщинками в уголках рта, свидетельствующих о том, что он часто улыбается.
Интересно, почему Ларс обратился именно к нему? Как-то не слишком он похож на друга Рейстлина, они очень разные.
– Добрый вечер, – вежливо произнес он. – Я прошу прощения за вторжение, но ко мне по крайне деликатному вопросу обратился Аларис Кинстер, и…
– Ваш крайне деликатный вопрос сидит на столе, – совсем нетактично перебила его я. Однако вместо того, чтобы обратить внимание на друга, Монтегю почему-то заинтересованно уставился на меня:
– Вы, я так понимаю, Кассандра.
Много о вас слышал, – и шустро так цапнул мою лапку, чтобы облобызать. Интересно, от кого это он обо мне слышал? От Рейстлина, что ли? А я и не знала, что мужики такие сплетники! Но следующая фраза ввела меня в еще больший ступор:
– Вы с сестрой совсем не похожи.
Интересно, а с Амелией он где успел познакомиться? Вот прямо-таки до жути интересно.
