Несмотря на это магнетическое притяжение, несмотря на то, что мое тело откликается не просто на каждое прикосновение Смолова, но и на каждый его взгляд.
— Пошли к черту своего дебила-жениха, — зло произносит. — Неужели ты не видишь, как он к тебе относится?
— Как?
— Ему наплевать на тебя! Сколько лет вы помолвлены, говоришь?
— Пять. Или чуть меньше. Может, четыре с чем-то.
— И ты думаешь, что на протяжении всех этих лет у него так же, как и у тебя, ни с кем не было секса?
Очень больной вопрос для меня. Я все время отгоняла его от себя.
Не хочу об этом думать.
— Я не знаю, я не спрашивала.
— Даша, открой глаза.
— Да отстаньте вы от меня все! — от злости бью Витю кулаками в грудь, и он делает шаг назад. — Я выхожу замуж, ясно? И это только мое личное дело!
— Яснее, блядь, некуда! — тоже психует.
— Мы можем быть друзьями? — иду ва-банк. — Я нашла тебя в соцсетях, у тебя в друзьях пятьсот девушек. Я же могу стать пятьсот первой?
Громко хохочет. Что его так забавляет?
— Даша, ты — уникум.
— Это комплимент или оскорбление?
— Решай сама.
— Ты не ответил на мой вопрос. Мы можем быть друзьями?
Его глаза вспыхивают гневом, челюсть сжимается. Снова делает шаг ко мне, вжимая в кухонный гарнитур.
— Друзьями, говоришь? — зловеще интересуется.
По позвоночнику пробегает холодок.
— Да, — выдерживаю его яростный взгляд. — Друзьями.
Витя кладет руки мне на талию и резко разворачивает к себе спиной. В это же мгновение впечатывает мне в ягодицы вставший член.
— Друзьями, значит, — выдыхает на ухо и ведет ладонью вниз от талии до самого конца сарафана.
Просовывает руку под него и теперь поднимается вверх.
— Что ты делаешь? Прекрати."
"Сердце громко тарабанит в ушах, заглушая все вокруг. Витя, конечно, не прекращает. О нет, он не должен знать! Это ночью я ничего не скрывала, а сейчас уже день! Нельзя, чтобы Витя узнал, понял…!
Поздно.
Его рука в моих трусиках.
— Ты по всем друзьям так течешь?
Шумно выдыхаю и зажмуриваю глаза. Он водит пальцами по клитору, играет с ним, отправляя меня на вершину блаженства.
Мышцы на ногах резко слабеют, и я хватаюсь руками за кухонную столешницу. Держусь так крепко, что, кажется, сломаю ногти.
— М? — торопит с ответом. — Ты с каждым своим другом такая мокрая и горячая?
— Нет, — выдыхаю. — Только с тобой.
Витя чуть ускоряет темп, одним пальцем входит в меня. Не очень глубоко, но достаточно, чтобы новые ощущения заставили меня издать громкий стон. Запрокидываю голову назад, опускаясь затылком на мужское плечо.
