– Федя! Ты же мне обещал, что не вытащишь эту рухлядь на свет божий! Мне не нравится, что ты гоняешь на мотоцикле. Это опасно!
– Катюха, я не спрашиваю, что тебе нравится, а что нет, – отвечает колко, и, развернувшись, идет в комнату, слышу, как собирает свое хакерское барахло.
На мгновение мне показалось, что Федя пошел на контакт, стал прежним, но с первыми лучами солнца мы оказались все там же, разделенные пропастью непонимания. Он не подчиняется и не слушает, а я не могу достучаться из-за брони его пофигизма.
Ровно в озвученное неизвестным время мой телефон опять зазвонил, без расшаркиваний и приветствий в трубку пробасили:
– Вас ждут внизу."
"Смотрела в сторону братца, который надевает кеды и натягивает куртку. Не говоря ни слова, Федя берет наши пожитки и двигает в подъезд, без особого напряга таща тяжести, а я остаюсь в квартире, быстро проверяю, не оставила ли чего включенным, убедившись, что в доме все нормально, захлопываю дверь, спешу вниз.
Стоит выйти на прохладный воздух, щеки обжигает.
Во дворе стояли два огромных черных внедорожника из тех, которые я видела припаркованными у завода.
Вблизи эти монстры выглядят зловеще. Рядом с дверью застыл мужчина с белоснежным проводком, тянущимся от уха к шее, заползающим под ворот сорочки.
Федя забрасывает чемоданы в открытый багажник, всем своим видом показывая, насколько ему наплевать на то, что полдома вывалилось из окон, чтобы посмотреть на диковинный дорогущий автомобиль и странного мужчину военной выправки, лицо которого выглядит сконцентрированным и отстраненным.
– Госпожа Елецкая, прошу, – коротко обратился ко мне охранник и открыл дверь, демонстрируя богатый кожаный интерьер дорогого салона.
В ответ киваю и на слабеющих ногах направляюсь к внедорожнику, щеки горят и мне стыдно, потому что уже сейчас я представляю, какие сплетни пойдут за моей спиной...
Радует только, что Федя рядом, обращаю свой взгляд к брату, внутренне ищу поддержку.
– Я за вами, – скупо отвечает брат, надевая мотоциклетный шлем.
Федор сейчас выглядит строгим и собранным, я киваю, подхожу к машине с высокой посадкой, и неуклюже пытаюсь забраться, через мгновение чувствую стальной захват на локте.
– Я вам помогу, Катерина Владимировна, – отчитывается незнакомец. С его помощью взобраться оказывается легче.
Стоит упасть на сиденье, как дверь захлопывается, отрезая меня от привычного двора старой хрущевки.
В машине сидел еще один мужчина и за его правым ухом также начинался провод.
