Не раз видела, как, скинув мокрую футболку, Федор с вздутыми от напряжения, прорисованными на жилистой спине мышцами, с венами, которые разбухли на мощных руках, прокачивая кровь, садился за стол, не замечая ничего вокруг, принимался исписывать листы и, наконец, выводил правильный ответ.
Когда-то было так…
– Я спрашиваю, Елецкая, почему вид у тебя нерадостный?! – дожимает вопрос и глаза темнеют, злобу чувствую, она от него волнами пробивается.
Собираю волю в кулак.
– Не нерадостный, а шокированный, Федь. Это такая удача, такие возможности и оклад, что хоть в обморок падай! Я еще даже не осознала!
– Слишком шоколадно не бывает.
В чем подвох, Кнопка?
– Ну, есть условие…
Присвистывает и плюхается на диван, закинув ногу на колено, разваливается вальяжно и кривит губы в ошеломительно порочной улыбке разгильдяя.
– А вот тут явно начинается самое интересное, да, Елецкая?
Удерживаюсь, чтобы не поморщиться. Брат проницателен, хитер и вообще еще та заноза…
– У Каца есть стандартный договор, свод правил.
Один из пунктиков у магната в том, что его помощник должен работать двадцать четыре на семь. Скорее всего, я буду все время его сопровождать, учитывая, что языка он не знает, эта позиция становится незаменимой...
Присвистывает.
– Рабство вроде давно отменили, нет?!
– Прекрати ерничать! У Димитрия зарплата высокая предусмотрена для этой позиции, надеюсь, он останется в нашей глуши хоть на пару месяцев, тогда, считай, пару лет мы не будем ни в чем нуждаться. А еще… в мой контракт входит также подпункт о проживании в его особняке.
Стоит этой фразе слететь с губ, брат сдвигает широкие брови, сжимает кулаки.
Я все сказала. Замолкаю.
По лицу Федора ничего не понять, он сверлит меня взглядом.
– Я так понимаю, что эту хрень ты уже подписала, так?!
Спрашивает сухо, пробегается по мне взглядом внимательно и цепко. Сейчас мне совсем не кажется, что я старшая, доминирует он. Брат всегда заместо мужчины в доме. Младшенький, но с характером.
– Да.
– Таким людям не отказывают, так, Елецкая?!
– Федь, это работа и для меня большая удача… – опять повторяю, убеждая брата в правильности своего выбора.
Ради него я на все пойду. Федя даже не подозревает, какие ножи заточены против нас, да и если открыть все, никогда не примет от меня того, на что я соглашаюсь. Зная его, дров наломает, как пить дать.
А что может один безродный парень против людей, на стороне которых власть и деньги?!
Да будь он хоть сто раз гением, шансов нет…
– Это мое решение, Федор.
