Инстинктивно встаю на цыпочки, выгибаюсь, захлебываюсь в непонятных ощущениях натяжения до предела.
Накатывает странное наслаждение, непонятная эйфория, которая распаляет каждую клетку моего тела.
– Тебе нравится. Все в кайф, – хриплый надрывный голос и его губы чертят дорожку по моей шее, проскальзывают к мочке уха и целуют кожу, которую только что прикусили его зубы.
– Скажи мне, Катрин, как ты меня ненавидишь. Покричи об этом.
Раскрываю губы и задыхаюсь, когда его рука, ласкает. Быть зажатой между холодом стекла панорамного окна и чувствовать огненное тело мужчины позади, становится невыносимо.
Вдруг понимаю, что Димитрий замер, только руки гладят мое хрупкое белоснежное тело и его сорванное дыхание раздражает местечко под мочкой уха, заставляя мурашки бежать по коже.
– Давай, девочка, расслабься, прими меня, – хриплый голос и его пальцы скользят по ребрам.
Подчиняюсь. Видно, получается настолько хорошо, что, фыркнув что-то нечленораздельное, Димитрий опять принимается управлять моим наслаждением, заставляя закатить глаза и выгнуться, уперев голову в стальное плечо моего бездушного мучителя, кричу и проклинаю его, забываюсь настолько, что перехожу на русский,
- Не могу… - ору ругательства на родном и по краю сознания отголосок здравой мысли полыхает пониманием – хорошо, что американский бизнесмен меня не понимает.
..
– Ты так чувственно “не можешь”. Врунишка.
Горячий страстный шепот и я теряюсь от его напора, готовлюсь к тому, что Димитрий отпустит меня, но мой змей-искуситель со мной так быстро не заканчивает.
Одним движением берет мое безвольное тело на руки, отходит от окна. Уверенно идет к кровати, опускает на покрывало.
Силы в нем немерено. Смотрит на меня не мигая, рассматривает и желваки на щеках ходуном ходят."
"Вжимаюсь в шелк, уставившись на Каца. Его тело атлета в свете мерцающих огней похоже на настоящую античную скульптуру. У меня дух захватывает от вида бицепсов, трицепсов, прокачанного торса и…
Зря я посмотрела вниз!
Опять смотрю в красивое лицо Каца и сердце сжимается от ответного дикого взгляда моего первого мужчины.
И где-то на задворках сознания ярко вспыхивает болезненное осознание, что он сейчас не просто мою неинность взял, он выжег свое присутствие во мне, разделив мою жизнь на до и после.
Ни один мужчина не сможет сравниться с Димитрием…
Ужасная мысль заставляет болезненно поморщиться и попытаться отползти, закутавшись в покрывало.
– Не время прятаться, Катрин.
