Мой босс цепляет мое платье за бретельки, проводит руками по плечам, и оно падает на пол.
Хочу прикрыться, ловит мои руки и смотрит мне в душу, в глаза, заставляет терять себя.
Пара движений и я уже без бюстье, а крепкие пальцы играют с моим телом, ласкают.
Я не могу сопротивляться. Что-то странное творится. Сильный хищник наказывает, но… нет грубости, только ловкие и знающие пальцы.
В шоке распахиваю глаза и выдыхаю со свистом.
Слишком нагло, резко, остро.
Не дает подготовиться к такому. Сразу обрушивает в самую бездну прикосновений.
– Я тебя ненавижу.
Шепчу охрипшим голосом и враз пересохшими губами, чувствую, как гортань сжимается от спазма, лишая возможности говорить.
– Твое тело кричит об обратном.
Не отодрать, не отцепить.
Все тело как оголенный нерв в его руках. И он прав. С первой секунды я пропала, когда увидела его. Глупая дурочка.
Сознание почти ускользает. Хочется плакать от избытка противоречивых и таких порочных чувств.
– Ты даже не представляешь, как я голоден, малышка, и лучше бы ты была права.
Лучше бы я принял комплимент от отеля и снял напряжение… Для тебя лучше.
Хватка на шее и в следующую секунду я влетаю в грудную клетку, пальцы Димитрия вцепляются в мои волосы, заставляют откинуть голову, прогнуться в спине.
Он смотрит на меня с восхищением и я растворяюсь в нем. В бешеных изумрудах отражаются блики ночного города.
Его пальцы выжигают мою кожу, скользят по губам, шее, ключицам.
Рассматривает меня так жадно, что срабатывают рефлексы.
Прикрываюсь руками.
– Не смей…
Проговаривает, четко глядя мне в глаза, заставляет опустить руки.
А я сцепляюсь взглядом с Димитрием, всматриваюсь в лицо, по которому ничего не могу прочитать.
Длинные шершавые пальцы проходятся по моим плечам, вызывая табун марашек, ласкают, опускается к выемке пупка.
Оголяет, распаляет, заставляет желать то, что может мне дать. Готовит мое тело для себя и уже в следующую секунду он разворачивает меня и я опять прилипаю к стеклу, но на этот раз холод обжигает, принося вспышку удовольствия.
– Дыши, малышка, – горячий шепот в самое ухо, – делай глубокий вдох, сейчас.
Подчиняюсь. Рывок. Мой крик. Огни Москвы расплываются перед глазами.
Я потеряна, пелена и туман перед глазами, во рту кровь, которую я слизываю из прокушенной губы.
Всхлипываю. У меня просто перехватывает дыхание. Вдохнула, а выдохнуть так и не смогла.
Ногти царапают окно, пока мое тело бьется в океане ослепительных чувств.
