– Рано, рано!
– Ну, я бы не стал винить парня, если ему захотелось прийти чуть пораньше, – произнес констебль и робко улыбнулся, скрестив за спиной пальцы.
– Счетчик в подвале, – сообщила Мириам.
Блейдз знал об этом, поскольку успел побеседовать с работниками газовой службы. Будь счетчик в другом месте, ему пришлось бы играть роль санитарного инспектора или водопроводчика, который ищет протечку.
– Я покажу вам дорогу.
– Спасибо. Покажите мне дверь в подвал, а дальше я сам найду. Не хочу доставлять вам хлопоты.
– Никаких хлопот. – Мириам уже представляла, как в поисках выключателя руки этого ладного парня ласкают ее тело в темноте подвала.
Когда констебль с девушкой подошли к лестнице в подвал, снова раздался звонок в дверь.
– Ничего, пускай подождут, – буркнула служанка, полная решимости не упустить счастливый шанс.
– Вам лучше посмотреть, кто там, – заметил газовщик-самозванец. – Может, это важно. Я подожду.
– Ну, тогда ладно, ждите. Там внизу есть и другое добро кроме газа.
Поднимется шум, если кто-нибудь увидит, как я впускаю в дом посторонних. – Она бросила на констебля последний зазывный взгляд и поспешила к черному ходу.
На крыльце стоял Литтлджон.
– Я не оставил свой кисет у вас в столовой, когда заходил сюда на днях? – спросил он, нащупывая эту вещицу в кармане куртки.
«Приятный джентльмен, – подумала Мириам. – Немного староват, но хорошо одет и держится любезно, наверняка из высших кругов. Что и говорить, такой мужчина будет девушку на руках носить».
Она завела глаза к потолку, обнажила в улыбке ровные белые зубы и выставила вперед грудь.
– Идемте в дом, посмотрим, – предложила Мириам, тотчас позабыв о газовщике.
– Не похоже, что у вас здесь бывает много посетителей. – Литтлджон обвел взглядом заброшенную комнату.
Мириам тем временем делала вид, будто ищет кисет, принимала соблазнительные позы и выставляла напоказ то одну, то другую часть тела, за что немедленно была бы уволена, появись внезапно на пороге экономка.
– Да, через парадную дверь мало кто входит. – Она выпрямилась после тщетной попытки отыскать под столом пропавший кисет и загадочно улыбнулась. – Но с черного хода к нам заходят часто…
Внизу под полом неслышно крался в ботинках на резиновой подошве констебль Блейдз с фонариком в руке. Луч фонарика освещал покрытые паутиной стены, горы угля, которые натаскал сюда распаленный страстью угольщик, и старые ящики, ожидавшие, когда их сломают и пустят на растопку.
