Не представляю, кто мог желать смерти безобидному старику, что творил добро и никому не отказывал в поддержке!
– Вы знали его с детства, мисс Кокейн?
– Да. С тех пор как училась ходить. Но сблизились мы после того, как он излечил меня от серьезной болезни, я тогда была подростком. Мистер Уолл так часто навещал меня в то время, что мы крепко подружились. Я называла его дядей, и ему это нравилось.
Литтлджон легко мог представить, что старый холостяк находил радость в общении с этой живой девочкой.
Однако ее манера говорить и твердая линия подбородка убедили инспектора, что ни Уолл, ни кто-либо другой не сумел бы заставить мисс Кокейн поступить против ее желания или отказаться от того, что она задумала.
– Я слышал, что кроме добродушия мистер Уолл отличался и прямотой суждений, и неуступчивостью – несомненно, это черты сильной, честной натуры, но у некоторых людей они вызывали неприязнь к нему. Это правда?
– Да. Он обладал твердым, решительным характером, обо всем имел собственное суждение и не отступал от своих убеждений.
Мы с ним часто спорили о том, что мне следует или не следует делать. Но всегда эти разговоры заканчивались мирно, а мы оставались друзьями.
– Но ко времени его смерти вы не были такими уж добрыми друзьями. Не так ли, мисс Кокейн?
Губы женщины сжались, она посмотрела собеседнику в лицо:
– Что именно вы хотите этим сказать, инспектор?
У Литтлджона постепенно сложилось впечатление, что мисс Кокейн привыкла добиваться своего от тех, кто составлял круг ее знакомых.
Тетя, старый Уолл и жители деревни, без сомнения, потакали капризам маленькой Бетти и баловали ее, ей нравилось это, и во взрослой жизни она ожидала встретить то же поклонение, что окружало ее в детстве. Наверное, прежде мисс Кокейн постоянно находилась в центре внимания как очаровательный ребенок и к тому же сирота, а позднее – благодаря своей красоте.
– То, что сказал, мисс Кокейн, – ответил детектив. – Надо признаться, из разговоров в деревне я выяснил, что не так давно между вами и вашим старым другом возникло охлаждение.
– Как глупо, инспектор. Значит, детективы верят пустой болтовне и досужим сплетням? Что ж, если это так, то у невинных людей в этом мире незавидная участь.
– Ваш упрек совершенно неуместен, мисс Кокейн. В расследовании подобного подлого преступления долг полицейского – изучить любую зацепку, каждую мелочь, способную пролить свет на случившееся.
