– Милостивая фата, это фея Рада. Я должна немедленно увидеть королеву.
– Вы можете записаться на аудиенцию, фея, но ее величество сможет принять вас не раньше пятницы.
Холодный тон начальницы королевского секретариата славился на весь дворец. Старая интриганка, всю жизнь проведшая в главной приемной Зеленого Дома, не пользовалась особой любовью у подданных Всеславы, но королева ценила царящие в секретариате порядок и дисциплину. Обращение «милостивая», которое использовала Рада, означало, что фата Ямания отказалась от боевой магии, полностью сосредоточившись на мирном колдовстве.
Остальным фатам следовало говорить «благородная».
Фея сглотнула и решительно произнесла:
– У меня необычайно важное сообщение, милостивая фата. Оно связано с открытием Врат Нанна и Глубоким Бестиарием. Я знаю, откуда у Вероники Пономаревой Золотой Корень!
– В качестве последнего доказательства я провела опыт с использованием катализатора брата Флоктуса, – Рада обвела взглядом присутствующих и выдавила капельку наркотика в пробирку, – который, помимо всего прочего, позволяет определить чистоту и концентрацию раствора Золотого Корня.
Спешно созванное совещание проходило не в тронном зале, а в личном кабинете королевы, что говорило о серьезности, с которой повелительница Зеленого Дома подошла к информации феи. Круг приглашенных был невелик, помимо самой Всеславы, сидящей в кресле за столом, в комнате присутствовали жрица Зеленого Дома Мирослава, Милана, воевода дружины Дочерей Журавля, и барон Мечеслав, близкий друг королевы, повелитель домена Сокольники, самого богатого в составе Зеленого Дома.
Мечеслав был единственным не магом среди участников и формально выражал на совещании волю баронов.
Жидкость в пробирке стала ярко-красной.
– Обратите внимание на чистоту цвета, – зачарованно произнесла фея. – А самое главное – на время обратной реакции!
Рада специально поставила на стол часы с секундной стрелкой.
– Минута, – проворчал барон Мечеслав, когда раствор в пробирке вновь стал прозрачным.
– Шестьдесят две секунды, – поправила его Милана.
– Все равно."
"Две секунды действительно не играли большой роли в определении качества. Длительное, свыше пятидесяти секунд, удержание катализатором ярко-красного цвета говорило о самой высокой степени концентрации Золотого Корня – девяносто шесть процентов. Раствор такой чистоты умели получать только гиперборейцы.
