Кортес нажал отбой, помедлил, вытащил из перчаточного бокса еще один телефон и набрал номер:
– В древние времена не было средства борьбы с бубонной чумой, и она хозяйничала, не зная границ и законов.
– С тех пор мало что изменилось, – ответил тихий старческий голос. – Рад тебя слышать… Чума.
– Мне требуется ваша консультация, профессор. Встретимся на точке три в четырнадцать.
– Хорошо, – покладисто согласился собеседник.
Кортес отключил телефон, аккуратно извлек из него чип и положил пластмассовую коробочку под колесо джипа.
Один звонок, больше эта трубка ему не понадобится. В принципе проследить телефон «Тиградком» было невозможно, но в военной разведке Кортеса приучили добиваться стопроцентной уверенности в том, что ты полностью обезопасил себя. Особенно когда звонишь в военную разведку.
Едва он уселся за руль «Навигатора», как зазвонил «обычный» телефон:
– Кортес? Это Биджар. Тут ко мне в супермаркет свалились два хвана, у которых с собой только лапти и веера…
– Где ты видишь лапти? – послышался на заднем плане возмущенный голос Леки.
– …Спящий знает, для чего они их используют в своей глуши, надеюсь, ничего противозаконного. (Комментарий хванов: «На себя посмотри, образец целомудрия!») Так вот, их счета заморожены по приказу Ордена, а они хотят купить…
«Всякое доброе дело должно быть наказано», – философски подумал наемник, слушая трескотню шаса.
– …Получается, знаешь ли, кругленькая сумма, но эти оболтусы сказали, что ты можешь помочь.
– Биджар, сделай им временные карточки «Тиградком» и занеси на них с моего счета по десять тысяч. Этого хватит?
– Вполне.
– Я скоро приеду.
* * *Замок, штаб-квартира Великого Дома ЧудьМосква, проспект Вернадского,1 августа, среда, 11.49На сленге гвардейцев великого магистра это помещение называлось «комната один» – штаб мастерской войны, центральный пункт управления вооруженными силами Ордена.
Оно занимало весь предпоследний этаж центральной башни Замка, и входить в него имел право далеко не каждый: магические пропуска программировал лично Франц де Гир.
В обычные дни большая часть находящейся в штабе аппаратуры бездействовала, аккуратно накрытая чехлами, а контроль за обстановкой в городе осуществляли всего два дежурных оператора. Однако поднятая утром тревога превратила пункт управления в гудящий муравейник.
