И нахален, естественно, безмерно.
Все эти мысли у меня в голове проносятся с дикой скоростью, а затем я смотрю в хищные насмешливые глаза и понимаю, что Шатер стебется. Развел меня, как лохушку!
Поймал!
Черт… А я ведь… Бляха! Я ведь чуть было не договорилась сама с собой, что все нормально! Что так и надо!
Какой следующий шаг, Маша?
Позволишь ему трахнуть себя в туалете?
Ну а чего конца пар ждать, вон сколько времени пропадает зря!
Как там говорил классик?
«И в очередной раз: мо-ло-дец…»
— Очень смешно, — кривлюсь, стараясь не пропалиться, что поверила и, практически, на все согласна.
Шлюшка, е-мое…
— Ну, мало ли… — философски пожимает плечами Шатер, — а вдруг согласилась бы? Попробовать стоило.
Провокатор, мать его!
— Ладно, — становится он серьезным, опирается локтями о стол, придвигается ко мне ближе, — про наш с тобой неминуемый секс мы потом поговорим, ты, я смотрю, уже в правильном направлении думаешь…"
"Черт! Просек все же! Плохо, Маша! Очень, очень плохо!!!
— А пока я хочу знать причины такого маскарада.
И не надо мне про подписку лепить. Ты уже все нарушила.
— Ты же понимаешь, — решаю я не реагировать на его секс-провокации и поддерживаю разговор, давно уже для себя придумав, что конкретно буду ему врать. И где добавлять чуть-чуть правды. Чтоб выглядело достоверно, — что я не могу тебе рассказать все?
— Расскажи, что можешь, — кивает он серьезно, — например, сколько тебе лет. Ты совершеннолетняя вообще?
— Конечно, — немного удивляюсь я, никак не предполагая, что первый вопрос будет таким… странным, — мне двадцать уже.
— Ровесники, значит, — философски замечает Вадим, продолжая гонять зубочистку.
И что я делаю?
Правильно, продолжаю за ней следить. В один угол рта — в другой, в один — в другой… Гребанный маятник!
— Ну ладно, — продолжает он, — расскажи, что за подписка.
— О неразглашении, — бурчу я, — она на то и подписка, чтоб не разглашать…
— Что именно?
— Ситуацию, из-за которой я тут. И про себя тоже ничего нельзя…
— И долго ты так?
— Год с лишним.
— Ого. И все время с этим?..
— Да, с ним.
— И не спишь с ним?
— Да чего тебя так моя постель-то волнует? — Шиплю я раздраженно. — Это все неважно. Важно, что я сейчас нарушаю все, что можно, просто болтая с тобой! По протоколу, я должна рассказать о том, что меня раскрыли, и мой сопровождающий должен принять меры! Сразу!
— Ты — свидетель? Программа защиты?
— Ну… Типа того. Только частная. Не от государства.
— Так бывает разве? — он реально удивлен.
