- быстро проговариваю, показав глазами на Ждана.
- Поняла. - бросает Наталья, брови сводит к переносице, превращается в грозовую тучу.
Никому мало не покажется, когда молнии полетят из этой тучи.
Глеб с охапкой поленьев, быстро проходит к штакетнику. Перебрасывает дрова через низкий забор.:
- Есть вероятность, что граждане агрессивно настроены? В таком случае, уважаемые дамы, пройдите пожалуйста в дом, вместе с детьми. Мы с Андреем встретим гостей. Ты не против, Андрей?
- Безусловно не против. Попытаемся пообщаться цивилизованно, а там, как пойдет.
- бесстрастно изрек блондин.
Демидов сунул ключи в карман джинс. Шагнул к Наташе. Протянул ей свои темные очки.
- Возьми пожалуйста, привык к ним, жаль будет, если разобьются. В случае если цивилизованного общения не получится.
Неожиданно...
- Мальчики, дядя Глеб прав, вам лучше пока в дом пойти. Идёмте я вас провожу. И весло заодно прихвачу на обратном пути.
- задумчиво протянула Людмила....
Ну раз хочет, пусть забирает весло. В самый раз, для устрашения придурка Кузявина.
Конечно же, если б сейчас мы находились здесь одни: я, Наташка, бабуля и Ждан, было бы намного проблематичнее.
Мы не одни...
***
Очень хорошо, что мы не одни."
"Кто его этого Кузявина знает: разбежится, да об столб хрястнется, получит увечье, и обвинит нас. Доказывай потом - мол членовредительство себе гражданин Кузявин самостоятельно причинил, без принуждения, по собственной инициативе.
Это если б, свидетелей не было.
Между тем, баклажановые Жигули четвертой модели, лихо вошли в поворот вильнувшей к дому грунтовки. Взору Кузявина открылся автопарк, ранее не видимый из-за зарослей буйно цветущей сирени. И конечно же Кузявин узрел
собравшиеся в непосредственной близости к автопарку: рыжего Глеба, блондина Андрея, Александра Демидова, бабушку Василису, Наташку, меня, а также Людмилу опирающуюся на деревянное весло. В свободной от весла руке, Люда держала куриную башку с приоткрытым клювом и гребнем упавшим на бок.
Когда только успела нырнуть за башкой в термопакет? Впрочем, не столь важно.
На пассажирском сиденье Жигулей сидела Ленка, за рулем соответственно Толя Кузявин, сквозь пыльное лобовое стекло, было видно, как их морды становятся растерянными. Обескураженными точнее сказать.
То ли от этой растерянности и обескураженности, то ли просто от дурости, Кузявин старший резко нажал на тормоза.
