Или какое предубеждение можно иметь к дракону, которого никогда не видели. Где их мудрость?
Наверное, там же, где и совесть Гриндорка.
Как я и предполагал, сразу после окончания представления на сцену поднимается мэр.
Гриндорк выглядит торжественно в темно-синем костюме с золотыми нашивками. Он широко улыбается толпе, раскидывает руки в приветственном жесте.
— Граждане Хельфьорда! — его голос разносится по площади. — Сегодня мы вспоминаем великого человека, который стал символом нашего города.
Человека, который понимал — власть дается не для личной выгоды, а для служения народу!
Одобрительный гул проходит по толпе. Я оглядываюсь, ищу глазами всех участников нашего плана. Рина на месте, Фридер держится в стороне, чтобы раньше времени не светить козыри. Марта…
Ее приходится поискать, но я все же замечаю, как она затаскивает возмущающуюся Аурику в… Магазинчик женского исподнего? Какой интересный выбор. Впрочем, я довольно быстро понимаю, почему Марта сделала именно так.
За ними почти сразу заходит мужчина в сером пальто с яркой белой отметиной на плече и так же быстро выходит. Злой. Зато я теперь тоже знаю, как выглядит наш главный оппонент.
Тем временем мэр на сцене входит во вкус:
— Первый глава нашего города был честен с собой и со своим народом! Он не скрывал правды, как бы горька она ни была. Он не боялся трудных решений, если они были справедливыми!
""Лицемер"", — рычит Ригель, и я полностью с ним согласен.
— И мы должны следовать его примеру! — продолжает мэр.
— Быть честными, справедливыми, думать о благе города превыше всего! Полагаю, наш многоуважаемый гость, его величие Роувард Даррел тоже поделится с нами мыслями о честности и доброте!"
"Именно этого момента я и ждал. Делаю шаг вперед, и толпа расступается, давая мне дорогу. Поднимаюсь на сцену под удивленные взгляды актеров и откровенно недружелюбный взгляд мэра.
— Прекрасные слова, — говорю я, и мой голос звучит достаточно громко, чтобы его услышали все.
— О честности. О справедливости. О том, что власть дается для служения народу. Я готов подтвердить каждое ваше слово.
Мэр пытается улыбнуться, но улыбка получается натянутой. Я чувствую, как внутри него сначала маленькими искрами, а потом уже и обжигающими язычками пламени разгорается страх.
— Господин Роувард... Что вы… имеете в виду?
— Я хочу, чтобы эти слова соответствовали действительности, — объясняю я.
