Вард замирает лишь на мгновение, чтобы взглянуть еще раз мне в глаза и получить безмолвный ответ на такой же безмолвный вопрос.
Он в моем взгляде, в едва заметном кивке, в легкой дрожи, пробежавшей по телу. Мое ""да"". Мое ""я твоя"". Притяжение между нами становится почти осязаемым, звенящим в тишине предвкушением. Его дыхание касается моей кожи, и это заставляет сердце биться в бешеном ритме.
Нас разделяет лишь мгновение. Лишь несколько миллиметров, после которых уже ни один из нас не сможет вернуться назад.
Глава 62
Мгновение, повисшее между нами, как капля на краю, срывается одним порывистым движением Варда, сокращающего расстояние до нуля.
Его губы накрывают мои, а я, не имея сил ждать, с пылом отвечаю. В этом поцелуе доверие, которое вытесняет отголоски бушевавшей ярости, ужаса потери и наполняет радостью предвкушения.
Его язык скользит по моей губе, затем сменяясь легким укусом. Дыхание срывается. Кажется, я просто забываю, как это делать. Теряюсь в слегка солоноватом вкусе поцелуя, в пьянящем аромате Варда.
Силясь поверить, проверить, что все происходит на самом деле, впиваюсь пальцами в плечи Варда, чувствуя, как напряжены развитые, сильные мышцы. По телу Роуварда пробегает волна дрожи, а с губ срывается стон, когда он прерывает поцелуй.
Он отстраняется, и наши взгляды пересекаются. Оба выглядим не самым лучшим образом, но именно сейчас нам на это наплевать. Я, осмелевшая или сошедшая с ума, стягиваю с него рубашку, порванную в нескольких местах, чтобы удостовериться, что с ним все в порядке.
А Вард в ответ находит завязки и застежки на моем платье. Я вижу волнение и жажду в его глазах, но движения уверенные и очень аккуратные, как будто он всеми силами сдерживается, чтобы не сделать мне больно."
"Роувард медленно стягивает с меня платье, отбрасывая его в сторону, а потом распускает ленты сорочки и также не торопясь освобождает меня от нее. Горячий, практически пылающий, взгляд скользит по моей коже, зажигая каждый миллиметр, которого он касается.
Легкое прикосновение к плечу, где Клотя достала меня ножом, к ребрам, куда влетело что-то с камина, еще несколько мест, где должно быть болезненно… Но нет, только щекотливые мурашки разбегаются от кончиков пальцев Варда.
А в его взгляде — чистейший восторг и восхищение.
— Твоя драконица… Она чудесная, — произносит он. — Когда совсем вырастет, будет очень и очень сильной: даже следов почти не осталось.
— Рея, — произношу я, перехватывая руку Варда и поднося ее к губам. — Ее зовут Рея.
