Когда я возвращаюсь в комнату, там хоть и стало чуть теплее, но ненамного: огонь в камине почти погас, а прогреть все помещение не успел. Подкладываю дров, но согреться все равно не получается. Сова просыпается, когда я подношу ей мясо, жадно клюет его.
До самого вечера у камина ковырюсь с платьем: все пальцы себе исколола, глаза сломала в этом полумраке, но, похоже, теперь у меня есть как минимум сменная одежда.
Спать ложусь в ледянющую постель, как есть, в платье и покрывале и с искушением надеть сверху второе платье.
Но даже несмотря на дикий холод, засыпаю почти сразу. Что просыпаюсь я от саднящего горла."
"Во рту пересохло, хочется пить. Еще и в носу чешется. Но как-то и неудивительно после прогулки почти голышом по улице.
Воды я взяла только птице, о себе я почему-то не подумала. Поэтому, смирившись с необходимостью идти на кухню, подкидываю еще полено в камин, зажигаю свечу и выхожу в коридор.
В доме тихо, только где-то скрипят половицы да воет ветер в дымоходе.
Прохожу через темный пустынный холл к черновой лестнице... И замечаю полоску света из-под двери кабинета. Дверь приоткрыта, внутри пляшет оранжевое пламя свечи.
Дракон не спит? Что он делает? Любопытство берет верх над осторожностью. Я тихонько подкрадываюсь ближе, заглядываю в щель...
Глава 5
— Кажется, я предупреждал, что не стоит попадаться мне на глаза, — с легкой хрипотцой звучит низкий голос около моего уха, а дыхание щекочет шею. — А любопытство может быть вредно для здоровья.
Сердце пропускает удар, я резко втягиваю воздух, и легкие наполняет аромат дубовой коры и острого перца. Мужской, крепкий, суровый. Такой, каким кажется этот дракон, ставший внезапно моим хозяином.
Я резко оборачиваюсь, едва не теряя равновесие, но Роувард успевает меня подхватить и не позволить упасть. Он оказывается совсем близко, возвышаясь надо мной как темная гора.
— Мне кажется, подкрадываться со спины — это не признак хорошего воспитания? — на выдохе отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, а не хрипло из-за испуга и простуды.
— Я всего лишь хотела попить, это мне запрещено?
Дерзко. Мне надо взять себя в руки и перестать огрызаться, а то до добра не доведет.
— Кажется, кухня в другой стороне, — произносит, выгнув бровь, Роувард. — Что ты хотела в моем кабинете?
На это мне и правда нечего ответить. То, что мне стало любопытно, — явно не оправдание.
