Граф внезапно одернул себя и нахмурился, снова недовольно поджимая губы. Его чёрные глаза переметнулись на дверь в конце столовой, и от чего-то без его внимательного проницательного взгляда мне вдруг стало холодно.
— Уже довольно поздно, миледи. Позвольте проводить вас в вашу спальню? — не глядя на меня, мужчина поднялся и склонил голову.
Проказница во мне так и подбивала поинтересоваться, часто ли разделяют ксавийские супруги ложе, но я решила подонимать его на эту тему завтра. Очевидно, что Рагнар моими вопросами уже сыт по горло.
Да и у меня веки потяжелели. Всё-таки, это был нелегкий день. От впечатлений даже мелко потряхивало руки.
Кивая, я торопливо вытерла ладони маленьким мягким бежевым полотенцем и поднялась.
— Идём.
Глава 15
Неудачная вылазка в город или «верните моё платье!»
РагнарЕдва дверь за девушкой закрылась, я резко свернул в другой коридор и, наконец, позволил своей тьме вырваться. Чёрные вихри магии тревожно метались под плащом, сгущаясь вокруг тела плотным коконом.
Былые страхи и давно омертвелые эмоции подняли внутри нежелательный ураган, от чего сводило зубы и грохотало в голове набатом.
Как, чёрт возьми, меня так угораздило?
До боли дернул волосы на голове и невидящим взглядом уперся в безжизненно серую стену впереди. От тяжелого рваного дыхания доспехи стали сдавливать грудь тисками.
Один за одним всплывали воспоминания. Картинки, которые я надеялся не увидеть больше никогда…
Не знаю других миров, — не видел и видеть не хочу — но в нашем женщины хуже тварей Ледяных равнин.
Такие же холодные, жестокие и бесчувственные, только, в отличии от зверей, наделенные необъятной властью. И каждая, чем больше имеет, тем ненасытнее становится.
Я помнил их всех, будто они были здесь вчера… Их белоснежные волосы, от которых, казалось, кожа покрывалась инеем; пустые светлые глаза прозрачнее льдов Кариды; чужой терпкий аромат столичной грозии, навевающий тоску и тревогу, от которых тьма внутри выла раненным зверем.
Каждая из них хотела экзотики… приручить нелюдимого тёмного графа… заставить его ползать на коленях дрессированным щенком. И каждая не получала, чего хотела, со своим уходом забирая вместе с собой часть хорошего внутри меня."
"Они не хотели быть моими женами. Они не переносили этот тихий свежий лес и Чёрный замок. У них перекашивались лица каждый раз, когда моя магия просыпалась и невольно вырывалась наружу.
Я больше не желал иметь с этим дело. Никогда.
