А, когда его взгляд встретился с моим, мужчина внезапно замер и окаменел, напрягаясь так, что выступили вены.
Я шумно выдохнула, скептично приподнимая бровь.
— Что ты там себе надумал в этот раз?
Утром мой голос был ниже, отдавая легкой хрипотцой. Я заметила, как бронзовая кожа покрылась мурашками, а горошины сосков затвердели.
На такую чувственную реакцию моё тело отреагировало разлившимся по венам жаром. Внизу сладко заныло и я прикусила губу, игриво щурясь.
Распознав мой настрой, Рагнар ощутимо расслабился.
Суровые черты лица смягчились, а уголок поджатых губ дрогнул в намеке на улыбку.
— Я могу ещё пожить? — нервно пошутил граф, всё ещё настороженно щурясь.
— А кто ещё рискнет снести мной всю мебель в комнате? — хмыкнула, запуская пальцы в короткую растрепанную шевелюру.
Мужчина потянулся вслед за рукой, как кот, выпрашивающий ласку. Тёмные глаза прикрылись в удовольствии. Если бы он умел мурлыкать, — несомненно, сейчас бы именно это и сделал.
Грубые длинные пальцы вдруг скользнули подо мной к пояснице и принялись аккуратно её ощупывать нежными поглаживающими движениями.
Только сейчас я осознала, что кожа в том месте неприятно ноет и щиплет. Думаю, расползшийся синяк своими размерами обойдет даже Багдурский лес.
Рагнар нахмурился и стиснул челюсть, когда я, не сдержавшись, тихо зашипела.
— Прости, — неловко пробормотал он, злясь на самого себя.
Очевидно, извиняться ему было непривычно. Он тихо метался, бегая глазами в попытке подобрать правильные слова.
— Извинишься сегодня ночью, — лукаво подмигивая, игриво скользнула ладонью по горячей рельефной груди и посерьезнела.
— Перестань снова себя накручивать и лучше расскажи мне о Сайгоне. Кто он тебе? Зачем вы уезжали, если не секрет?
Несмотря на недвусмысленное подрагивание напряженного члена у моих бедер, граф мгновенно подобрался и задумчиво сощурил глаза. Он умело игнорировал реакции своего тела, сосредоточившись на моих вопросах.
— Я знаю Сайгона с самого детства. Когда мы были ещё детьми, наши места занимали наши отцы.
Им тоже приходилось тесно сотрудничать, чтобы удерживать северную часть империи в безопасности, и мы часто виделись. Я даже по ошибке считал его своим братом, пока отец не объяснил мне, что у нас были разные матери, — хмыкнул мужчина, едва заметно улыбаясь.
Впервые я видела в этих чёрных глазах такие теплые светлые эмоции.
— Были? Куда они подевались? — непонимающе нахмурилась, уже механически поглаживая волоски на его затылке.
