Я не могу встречать гостей в таком виде…
Под ""таким видом"" я имела в виду, само собой, не то, что я сейчас голая. А свой скудный гардероб. Но, надеюсь, меня поняли. Поняло. Или понял…
Оно или он, тот, кто тут всем заправлял, кормил меня и делал уборку.
ГЛАВА 8. Они настоящие
Много позже я вновь выбралась в холл. Нужно ведь проверить, куда опять занесло место моего комфортабельного заточения.
Вид за окошком входной двери не радовал. Все то же кладбище, все те же могилы. Только вот вдалеке уже никто не бродит.
Да и моего ночного собутыльника уже не видно. И не могу сказать, что это меня огорчает.
Замерев, я с усилием потерла лицо руками, пытаясь собраться.
— Так… — произнесла вслух, чтобы хоть как-то разогнать гнетущую тишину. — Так. Значит, только я могу впустить и выпустить гостя. Уже хоть что-то. Полагаю, именно я должна и каким-то образом переместить это здание в пространстве и, возможно, времени, чтобы нас смог найти очередной постоялец. Ладно…"
"Если кто-то думает, что я поняла, как это делать — перемещать, — то он глубоко заблуждается.
У меня даже догадок на этот счет не имелось. Но выбор все равно отсутствовал, надо пытаться что-то делать. Ну и… Здесь же магия? А на моем запястье вроде как артефакт. По крайней мере, Смотритель так назвал браслет, из-за которого начались мои неприятности.
А потому я зажмурилась и всей душой попыталась устремиться туда, где мы, я и отель потерянных душ, сейчас необходимы. Туда — где бы это ""туда"" ни было, — где сейчас кто-то очень нуждается в приюте и успокоении.
Ну или просто подальше от кладбища.
Пару минут я постояла с закрытыми глазами, надеясь почувствовать хоть что-то. Может, качку или толчок. Или изменение запаха… Ну хоть что-то.
— Н-да. Не все так просто, — пробормотала и открыла глаза. — Не умею я, господа хорошие. Если хотите, чтобы я управляла этим местом, то будьте любезны обеспечить меня толковой и подробной инструкцией.
Звук, донесшийся в это мгновение до моих ушей из-за входной двери, заставил меня замолчать.
Бульканье, журчание, чпоканье и, кажется, кваканье.
Не веря своим ушам, я бросилась к окошку. Выглянула и тут уже не поверила своим глазам.
Кладбища больше не было. Зато имелось пересохшее болото, как мне показалось. И расстилалась эта грязюка прямо от крыльца.
— Ну, с богом, — перекрестившись на всякий случай, я отперла все замки и засовы, открыла дверь и застыла, держась за косяк.
Переступать условную границу порожка было страшно.
