Смысл бояться того, с кем ты полночи пропьянствовала, даже если этот кто-то — смерть с косой?
От завтрака гость отказался, а я подняла глаза к потолку и взмолилась:
— Антипохмелин. И кофе.
Минут через пять я уже была совершенно здорова, трезва — лекарство от похмелья тут сказочное и волшебное и подействовало мгновенно, хотя и мерзкое на вкус — и мрачно допивала крепкий кофе. Фигура в плаще сидела неподвижно и, вероятно, рассматривала меня.
— Простите, вчера вечером я… Первый полноценный рабочий день на новом месте.
Точнее, не первый вообще, но… Нервы, видите ли. — Не поднимая глаз, я подтащила к себе книгу регистрации. Надо ж все-таки с этим разобраться. — На какой срок вы планируете заселиться? И какой номер вам хотелось бы? Есть прекрасный дальний космос с черными дырами, сверхновыми звездами и метеоритными потоками. Завораживающее зрелище. И свободна изумительная темнейшая мгла. Там, напротив, ничего не видно, но чувствуется, что в ней прямо так… мрачно.
Джунгли и пески я не предлагаю, мне кажется, вам там не понравится. Болото — тоже не советую выбирать. Запах, знаете ли…
Из-под капюшона раздался смешок.
— Ну и, разумеется, для гостей всегда имеются стандартные номера с обычной кроватью, шкафом и душевой кабиной. Косточки помыть. В смысле… Вот.
Я повертела в пальцах ручку, старательно рассматривая обложку книги регистрации. Смотреть на посетителя мне было совестно.
Похмелье прошло, стыд остался.
— Благодарю, комната не потребуется. Отбываю и прошу принять оплату.
Я горестно вздохнула. Вот уж встретила посетителя, так встретила. Даже заблудшая душа, точнее, потерявшаяся смерть и то не желает задерживаться. Сейчас вот отчалит, и опять мне одной сидеть, как арестантке в шикарной одиночной камере, и блуждать в тумане небытия.
Вслух я ничего этого, разумеется, не сказала.
Молча пролистала до чистых страниц, убедилась, что вчера я никаких записей не делала. Не знаю, хорошо это или плохо. Наверное, все же хорошо. Потому что куда я дела оплату, если бы вчера ее приняла, даже не представляю.
— Как вас зарегистрировать? — кашлянув, занесла я ручку над пустой строчкой.
— Смерть. Вместо комнаты — вечер в холле в компании управляющей. Оплата — десять золотых, чаевые — семьдесят пять лет.
