— Книгу-то дописал? О чем она?
— Она не издана, он не успел. Говорил, что она еще не отшлифована. А надо, чтобы стала идеальной. Что это труд его жизни."
"— А вы, Ирина, что делали, пока он писал свои статьи и книгу?
— Ну как?.. Дом, хозяйство, дача, ему помощь во всем. Я ведь его жена. Была, — последовал тихий всхлип. — А он талант, гений.
— О-о-о, как все запущенно, — пробормотала я и мягко поинтересовалась. — Ирина, а мне вы написали, чтобы я — что? Вам помощь какая-то срочная нужна? Вы скажите, если в моих силах…
— Я вам не писала, Агата, — перебила она.
— Это же вы мне сейчас позвонили.
— Странно, — озадачилась я, но выяснять дальше ничего не стала. У человека горе, а тут я подвернулась.
— Я рада, что вы ошиблись номером и попали ко мне, Агата. Не иначе, вас ангелы направили. Я же сидела, смотрела на эти баночки с таблетками Сережи и думала… Больно, Агатушка. Вся жизнь ведь с ним прошла. Пятьдесят лет бок о бок. Мы поженились, когда мне едва исполнилось восемнадцать. И вот его больше нет, только я одна… Снотворного много осталось, и я…
— О господи, — выдохнула я, осознав, что именно мне сейчас говорит эта женщина.
И возраст ее сразу же посчитался. И слова про снотворное осознала…
— Ирина, простите, не знаю вашего отчества, а не пойти ли нам с вами выпить чаю? — кашлянув, спросила я. — И вы мне расскажете, каково это — выйти замуж в восемнадцать лет, прожить с мужчиной полвека и не растерять чувства. Потому что мне вот двадцать три, но я пока совершенно не готова к серьезным отношениям.
— Чаю? А пойдемте, Агата. Мне так нужно хоть с кем-то поговорить, само провидение мне вас послало. А то бы я ведь глупостей натворила, а мне еще Сережу хоронить. А отчества не нужно.
Это было самое странное чаепитие в моей жизни. И она, и я, мы пили каждая свой чай в своей квартире. Я что-то грызла, и слушала. Успело рассвести, я сварганила себе на завтрак бутерброд и сварила кофе с гвоздикой по рецепту Ирины, так и не пожелавшей назвать мне свое отчество.
Так чаепитие плавно перешло в кофепитие. А мы все беседовали.
Точнее, она рассказывала, я больше внимала.
— Вот так-то оно и бывает, Агата, — негромко рассмеялась моя собеседница. — Я вас совсем заболтала, да? Сколько уже времени? Ох. Это мы с вами уже больше трех часов беседуем?
— Ничего страшного. Мне интересно, правда. У вас такая необычная жизнь была, Ирина. Невероятно просто. Столько воспоминаний осталось. Вы книгу мужа издадите?
— Да, Агата.
