Я вернулась к машине Шантель, которая дожидалась меня, сердито вцепившись в руль.
– Даже не знаю, кого мне бы хотелось отпинать сильнее, – твоего женишка или этого вышибалу. Ну и сукин сын…
– Он просто делает свою работу, – вздохнула я, но нервы сдали, и я расплакалась, ткнувшись лицом в плечо подруге. Та тем временем достала из кармана вибрирующий телефон."
"– Да, Джордан… Угу… Ага… Да? Ключи на вешалке. А что? Сидим в машине возле какого-то сраного клубешника. «Гиена», слыхал про такой? Нет, никто не плачет.
Тебе послышалось. Ладно, плачет Скай. Потому что охранник ее бывшего выпихнул ее, как только она попыталась выяснить, где того найти… Правда? Вот и я тоже сказала: сукин сын.
Шантель потрепала меня по подбородку и приложила телефон к другому уху.
– Ну нет, Джордан, – рассмеялась она. – Если сохнешь по ней, то скажи ей об этом сам.
Шантель сунула мне телефон прямо в лицо и одними губами прошептала: «Мой брат беспокоится, как ты. Поговори с ним».
Только этого мне не хватало.
– Джордан? – Я вздохнула и, послушав его сопение, сказала: – Не волнуйся, я в порядке.
И уже не плачу. Просто есть вещи, которые не так-то легко исправить… Но, в конце концов, впереди целая жизнь, чтобы успеть сделать это. Знаешь, когда у тебя появится любимый человек, а потом случится какая-нибудь фигня, то… дай ему шанс оправдаться…
– Ладно-ладно, свидание окончено, – проворчала Шантель, забирая у меня телефон. – Джордан, а не пора ли тебе уже в школу?
Мы посидели некоторое время в полной тишине, наблюдая за утренней суетой города.
Ветер нес по улице пыль и обрывки бумаги, трепал листья пальм. По тротуарам, кутаясь в куртки и прикрывая лицо от ветра, спешили редкие прохожие, выгуливающие собак…
– Мне пора съезжать, пожалуй. Я не лучший объект воздыханий для ребят вроде Джордана. Я – большой сгусток проблем.
Шантель сунула ключ в зажигание и надвинула на глаза шапку.
– Если что, это не твоя беда, Скай. Невзаимные чувства – проблема только того, кто их испытывает.
Что-что, а это я уже поняла.
* * *Пустота всегда стремится заполниться чем-то. Выгоревшие пустоши зарастают травой. Пустые шкафы наполняются хламом. Птицы вьют гнезда на пустых чердаках. Только пустота одного рода не подлежит заполнению – место ушедшего дорогого тебе человека. Кого бы ты потом ни встретила, кого бы ни полюбила, с кем бы ни проводила время, пустота в пространстве жизни, которая осталась после его ухода, ничем не заполнится и не зарастет.
