Рассечение затылка осколком стекла. Сильное кровотечение. Нет, просто разбилась тарелка. Подождем, не вопрос. Уже зажали…
И тут меня осенило. Шантель больше не вела себя, как отвязная, легкомысленная девчонка, которая с трудом выговаривает название диагноза собственного недуга и несет первое, что приходит в голову. Она говорила с оператором службы «911» так, будто проделывала это уже не раз. Шантель вела себя так хладнокровно, словно вовсе не ее маленький брат только что умылся кровью.
– Еще пунша, Скай? – обратилась ко мне тетя Пэм, широко улыбаясь.
Еще одна женщина со стальными нервами.
– Пожалуй, да, что-то мне не хорошо, – пробормотала я. Ребенок с окровавленным лицом – разве может быть более жуткое зрелище.
– Не волнуйся. Пустяки. После того как Малютка Джей добрался до ящика с пистолетом и почти открыл его, меня уже ничто не испугает.
«Ящик с пистолетом?» – мысленно офигела я."
"– О, мой сладкий, – подключилась бабушка Шантель, принимая на руки внука. – Иди сюда, мой гладиатор, храбро сразившийся с миской салата…
Миссис Даллас, Джордан и Джей уехали в больницу на большой красной машине с мигалками.
Шантель застелила для меня кровать в комнате для гостей. Домашнее постельное белье, пахнущее кондиционером, – м-м-м, как же я соскучилась по своей бостонской квартире…
– Говоришь, нас оказалось семь, как гномов в сказке? – хихикнула она, взбивая подушку.
– Представь только!
– Кстати, сегодня ночью я проверю, настоящая ли ты принцесса, Белоснежка.
– Что?
– Что слышала.
– Прости, я слишком пьяна, – зевнула я. – Тетя Пэм подливала мне пунш без остановки…
– Хотела угодить.
– И ей это удалось. Знаешь, мои небеса рухнули на землю, но я все еще в здравом уме, и это только благодаря тебе. И миссис Даллас. И…
– И пуншу тети Пэм, – с улыбкой закончила Шантель. – Все, спи давай. Пьяные девчонки такие плаксы, а у меня после Джея не осталось носовых платков. Сладких снов, Белоснежка.
– Спокойной ночи, Гном.
«Спокойной ночи, миссис Даллас и ваша чудная семья.
Спокойной ночи все, кто меня когда-нибудь любил.
Спокойной ночи, Сэм Гарри Оушен. Где бы ты ни был. С кем бы ты ни был».
Я пошмыгала носом и провалилась в сон.
* * *– Где ты, откликнись? – прошу я, раздвигая тяжелые ветви, усыпанные розовыми цветами.
Сад такой запущенный, одичавший: кусты роз размером с деревья, а кроны деревьев достают до самого неба.
– Я здесь! – отвечает Пикси. Ее звонкий голос напоминает звук, с каким падает на пол серебряная монетка.
