– Надо сказать твоим товарищам, это их приободрит.
Он кивает и уносится в ту комнату, где мы разместили всех пострадавших.
Сижу на площадке.
В доме что-то потрескивает, позвякивает и вообще много посторонних шумов. То ли ползёт кто-то, то ли это сквозняки гоняют по полу всяческий мусор – поди, разберись!"
"А вот конкретных злодеев пока не видно. Из дверных проёмов не высовываются закопчённые стволы, а в окнах не видно штурмующих. Ну, есть же там всякие умники, что могут на верёвках влетать в окна, хоть с двадцать пятого этажа? Я сам не раз по телевизору такое видал! Отчего бы и этим гаврикам не практиковать подобные штучки?
Жду…
Раскладываю на полу гранаты – пять штук, остальные Юджин куда-то там уже присобачил.
У него на поясе ещё пара штук есть – и это весь наш запас. Ничего, остановить первую волну мы сможем. А вот вторую – не факт! Гранаты имеются не только у нас.
– Эй!
Не сразу врубаюсь…
– Эй вы! Наверху!
– Чего тебе?
– Поговорить надо.
– Говори, я слушаю.
– Так не пойдёт.
Я должен тебя видеть!
Вот же чёрт упорный…
– Выходи на площадку. Один и без оружия. Сможешь на меня посмотреть.
– Ты тоже туда спускайся.
– Вот уж хрен! Ты сказал – видеть, а не за руку потрогать.
Появившийся рядом Морлоу вопросительно на меня смотрит. Прикладываю палец к губам – тихо!
– Хорошо. Я иду.
Интересно, откуда он вылезет?
Но парламентёр, как ни в чём не бывало, спокойно поднимается вверх по лестнице. Опа… а пролом на месте рухнувшего лестничного пролёта? Он что, по воздуху его перелетел?
Мужик действительно один, никого рядом не видно.
Не заметно у него и оружия. Парламентёр откидывает назад капюшон, обнажая наголо выбритую голову.
– Я здесь.
Приподнимаюсь из-за баррикады, оставив оружие на полу, и показываю раскрытые ладони.
– И я тут. Как и обещал – без оружия.
Оппонент демонстрирует пустые руки, словно отвечая на мои слова.
– Кто ты? – спрашивает он.
– Денис. Работаю на Хищника. А с кем, собственно говоря, имею честь разговаривать?
– Брат Пётр.
Жрец.
Жрец, простите, кого? И в какой это религии у нас они ещё сохранились? Видимо, на моём лице отобразилось слишком много всякого, и собеседник усмехается.
– Нет, я не шучу. И не наелся мухоморов или ещё какой-то гадости.
– Эм-м-м… и где же расположена ваша церковь?
Парламентёр нахмурился.
– Не юродствуй!
– И в мыслях не держал! Просто, а разве где-то есть ещё такие… ну, жрецы?
– У нас есть. Есть Солдаты, есть Жрецы.
