Зинаиде угрожают? – спросил полковник.
– Похоже, нет, – ответила я. – «Варя» просто хочет узнать, как дела. Денег не просит, в семью не лезет. Только побеседовать желает.
– Эге. Потом она скажет: «Я угодила в рабство», – буркнул Дегтярев, – а теперь, значит, освободилась или сбежала. Конечно, всякое бывает, однако не очень верится в подобное. Давай поступим так: я раздобуду старое дело, потом поговорю с Зинаидой.
Я обомлела:
– Что ты сделаешь?
У Александра Михайловича затрезвонил телефон, он схватил трубку.
В комнату Дегтярева заглянул Юра:
– Даша, тебя ищет Собачкин. Поскольку ты не подходишь, он на городской звякнул.
Я посмотрела на Дегтярева, который молча слушал кого-то, и поспешила на первый этаж.
– Чем ты занимаешься? – с места в карьер стал возмущаться Сеня. – Почему не отвечаешь?
– С полковником разговаривала, а моя трубка в столовой осталась, – принялась оправдываться я.
– А! Тогда ты в курсе, – обрадовался Сеня. – Ну согласна?
– На что? – спросила я.
– На все!
– Звучит заманчиво, – хихикнула я, – но хочется все же выяснить: «все» – это что?
– Александр Михайлович босс, – зачастил Сеня, – я его зам, Кузя, понятно, техотдел.
Ты оперативный работник. Пока так. Дальше – как пойдет.
– Ничего не понимаю, – пробормотала я. – Почему ты заместитель Дегтярева? А куда денется Коля?
– Ты о ком? – удивился Сеня.
И тут меня осенило:
– Ты на дне рождения у Толи? Угостился по полной? Вроде не хотел идти.
– И не пошел, – заявил приятель.
– О! На кухне что-то шипит. Елы! Каша! Геркулес!
Раздалось несколько коротких гудков, и звук пропал.
Ничего не понимая, я вернулась в комнату к Дегтяреву и услышала, как он говорит кому-то по телефону:
– Да, счастлив до умопомрачения. Наконец от идиота избавился. Прямо праздник! Все! Потом поговорим.
Поскольку ласковым словом «идиот» в последние несколько лет толстяк называет только одного человека, я обрадовалась:
– Твоего начальника уволили!
– Нет, – хмыкнул полковник, – он остался и расцвел розой.
Убрали меня.
– Тебя перевели? – спросила я. – Куда?
– На пенсию, – расцвел Александр Михайлович.
Я открыла рот. Потом закрыла. Снова открыла и промычала:
– Э-э-э-э-э…
– Перестань! – велел толстяк. – Я давно знал, что это случится. Подготовился. Просто буду делать то же самое в другом месте.
– Где? – отмерла я.
– Создам детективное агентство, – заявил Александр Михайлович."
"У меня опять парализовало голосовые связки.
