"
"Я киваю и дергаюсь дальше, но именно в этот момент Филин вырастает из-за поворота и в несколько шагов оказывается возле нас.
— Допрыгалась ты, овца! И ты, старушенция А ну пошли!
Пульс от ужаса шумно бьётся у меня в ушах и кажется безумно похожим на звук подъезжающих машин. А потом я вдруг понимаю, что так и есть — кто-то едет в нашу сторону по дороге.
— Зашибись! Ещё и гости пожаловали! — с коротким ругательством Филин хватает меня за руку и толкает в обратном направлении.
Рева Виссарионовна, которая стоит сбоку от Филина, бросает на меня всего один многозначительный взгляд.
А затем без предупреждения огревает нашего врага половником по спине — не сильно, но болезненно.
— Тебе, смотрю, жить надоело?.. — поворачивается к ней Филин.
Вот он, шанс позвать на помощь.
Я срываюсь с места и бегу со всех ног в сторону приближающихся машин. Шум идет со стороны лесной развилки перед въездом в поселок, но как же это далеко.
Дышу, как загнанный зверь, под ребрами ужасно колет Но продолжаю бежать, не оглядываясь и смутно удивляясь, почему позади не слышно погони.
Сближаемся мы с первой машиной неожиданно. Просто она выруливает с развилки на такой бешеной скорости, что с перепугу я отшатываюсь на обочину и уже совсем обессиленно падаю там на колени.
В голове и перед глазами мутится от панической атаки. И очень тяжело дышать. Господи, как же хочется сейчас просто лечь ничком на землю и забыться от этого кошмара!
Где-то далеко слышен визг шин, который мгновенно затихает. Быстрый топот шагов. Кто-то бежит ко мне, резко хватает за руку и поднимает меня с земли.
Филин?
Зажмурившись, я съеживаюсь в ожидании удара. Но его нет.
— Катя… — произносит непривычно хриплый, но такой родной голос Царевичева. — Жива.
Он стискивает меня с безудержной силой, от которой я чувствую себя враз ослабевшей игрушкой в его руках. В горле мгновенно образуется горячий солёный ком, и непрошеные слезы предательски туманят зрение, мешая рассмотреть мужественное и такое любимое лицо.
— Катя-Катя. — глухо повторяет Царевичев, непрерывно гладя меня и баюкая в своих объятиях.
— Как ты, маленькая? Скажи, он сделал тебе что-нибудь? Если он только посмел, если только… Я его уничтожу. Обещаю тебе!
Я утыкаюсь носом в его сильную шею, еле сдерживая желание громко всхлипнуть, чтобы не растревожить Царевичева ещё больше Выдавливаю из себя на судорожном выдохе:
— Нет не успел. Ты вовремя появился. — и тревожно отстраняюсь: — Артём! Он был вооружен, надо срочно спасать Реву Виссарионовну.
