Кто знает, когда в следующий раз самой большой опасностью вокруг будут только пауки из разряда мелких. Как местные, не превышающие мой кулак. Съесть такие меня не успеют, в ухо не заползут, а со всем остальным я справлюсь, как проснусь.
Проснулся через пять часов. Пауков рядом не заметил, хотя между рюкзаком и винтовкой уже появились нитки паутины. Вот честно, никогда не понимал пауков в помещениях, куда дотянулся, там и леплю, не задумываясь, попадётся ли кто-нибудь в ловушку. Очистил снаряжение, заодно размялся. Проверил биомонитор, оценил остатки дров и по новой развёл огонь.
По расписанию у меня утренний отвар золотарника, а пещера с пауками где-то между чокнутыми перекрёстками не повод прерывать традиции.
Заварил чайок (тьфу, привязалось) и с видом дотошного посетителя музея, пошёл вдоль стен, разглядывая живопись. Искал намёки на то, что может ждать впереди. Сразу на нескольких «картинах» были изображены обрывы и пропасти, и у каждой были изображены человечки-крестики. Не в смысле могилки, а фигурки с расставленными в стороны руками.
Я сначала просто посмотрел. Потом голову наклонил. Так — на канатоходцев похожи, а так, будто парят. На самом деле ничего не понятно, кроме того, что они в движении. К каждому каменному полотну можно было прибить табличку с надписью: Иди дорогой ветра.
Никаких намёков на ловушки или скрытые механизмы, рядом с которым могла замереть фигурка. Никакого постояли, подумали, подождали, пока лифт приедет, или вертушка за тобой прилетит. И никакой снаряги: верёвки, карабины, крюки — подобное на дорогу ветра местные с собой не брали.
Собрался и покинул пещеру, прихватив с собой запасной кувшин с освежающим лимонадом. В роли выхода снова была узкая щель, которая постепенно (примерно по сантиметру на каждые сто метров) начала расширяться. На третий час блуждания внутри скалы я уже смог идти спокойно, изредка цепляя камень плечом или прикладом. Потолок здесь был низким, если подпрыгнуть, то можно было дотянуться. Иногда на нём встречались неровные крестики разных форм и размеров.
Опять же не могилки, а попытки изобразить птичку. Что-то типа: здесь был я, звать меня Худая Высокая Птица. Имя я выдумал на ходу, но с другой стороны низкий и толстый здесь бы не прошёл, и до потолка не дотянулся.
Я нашёл ещё несколько пещер, практически близнецов первой. И несколько развилок, на которых приходилось ловить ветер. И в итоге ещё через три часа я увидел яркий свет в конце тоннеля. Всё прям так, как и рисуют — свет льётся, глаза слепит.
