Он почувствовал странное головокружение, ощущение смещения, и, к его изумлению, он был лишен возможности двинуться дальше рукой Лорена, обхватившей его за предплечье. Он посмотрел вниз. На одно странное мгновение Дэмиен задумался, что это был первый раз, когда Лорен прикоснулся к нему, хотя, конечно же, это было не так; прикосновение было более интимным, чем трепет губ Лорена у кончиков его пальцев, жалящий удар Лорена по его лицу, тело Лорена, прижатое к нему в ограниченном пространстве.
— Оставь ремонт, — сказал Лорен.
Его голос был мягким. — Поспи немного.
— Я в порядке, — ответил Дэмиен.
— Это приказ, — сказал Лорен.
Он был в порядке, но у него не осталось выбора, кроме как подчиниться; и, когда он рухнул на свой рабский тюфяк и закрыл глаза впервые за две долгие бессонные ночи, сон пришел, тяжелый и моментальный, утянув его сквозь странное новое чувство в его груди в забытье.
Глава 9
— Ну, — услышал Дэмиен Лазара, обращавшегося к Йорду, — и как это, когда аристократ сосет твой член?
Это было на следующий вечер после камнепада в Нессоне, и за день они успели продвинуться дальше на юг.
Они выехали ранним утром, сразу же после ремонта повреждений и починки повозок. Теперь Дэмиен сидел с несколькими солдатами, которые растянулись вокруг одного из костров и наслаждались мгновениями отдыха. Аймерик, чье приближение и побудило Лазара задать вопрос, подошел и сел рядом с Йордом. Он ровно вернул Лазару взгляд.
— Потрясающе, — сказал Аймерик.
«Молодец!» — подумал Дэмиен. Уголки губ Йорда ехидно изогнулись, но он поднял свой стакан и молча осушил его.
— Как это, когда принц сосет твой член? — спросил Аймерик, и Дэмиен обнаружил, что все внимание обратилось к нему.
— Я не трахаю его, — ответил он намеренно грубо. Он уже в сотый раз говорил это с тех пор, как присоединился к отряду Лорена. Твердые слова должны были прекратить этот разговор. Но, конечно же, не прекратили.
— В этот ротик, — сказал Лазар, — я бы хотел попасть. Целый день он приказывает тебе, а в конце дня ты заставляешь его заткнуться.
Йорд фыркнул:
— Он один раз взглянет на тебя, и ты обмочишься.
Рочерт согласился:
— Точно. У меня бы не встал. Когда видишь, как пума раскрывает пасть, ты не достаешь член из штанов.
За этим консенсусом последовал другой спор.
— Если он фригидный и не трахается, то с ним это не будет весело. Холодный девственник не годится для хорошей скачки в постели.
— Значит, у тебя такого никогда не было. Холодные снаружи оказываются самыми горячими внутри.
