– Только вот не пойму, почему сюда еще не добралась какая-нибудь строительная корпорация? От Москвы не так уж и далеко, сейчас коттеджные поселки и за сто километров возводят.
– Радуйся тишине и покою, – остановила я подругу, – а то накличешь беду: прикатят экскаваторы, краны, вагончики с рабочими, и начнется в Киряевке шабаш. Мало в Подмосковье таких заповедных, нетронутых уголков.
– Твоя правда, – согласилась Нина. Но тут же добавила: – И все-таки одним жить некомфортно. Мы же не волки! Народ здесь вымирает, кто от старости, кто от пьянства, а молодежь уезжает в город.
Я припарковала машину в просторном дворе, вошла в холл дома и чуть не наступила на кота Венедикта, который нагло развалился у галошницы.
– Мяу, – лениво отозвался Веня.
– Извини, дорогой, но ты сам виноват. Следовало встать при виде гостьи, – сказала я котяре, снимая обувь.
– Мрр, – незлобливо откликнулся британец."
"– Да ты похудел, – констатировала я. – Что, на диету посадили?
– Врач велел перевести его на корм для тучников, – объяснила домработница Валя, высовываясь в прихожую.
– Здрассти, Дарья, как доехали?
– Спасибо, отлично, – сказала я. – Видно, хорошо еда действует, раз Венедикт столь сильно изменился.
– Только внешне, – хмыкнула Валентина, – внутренне он еще пофигистее стал.
– Неужели это возможно? – засмеялась я. – По-моему, лень родилась намного раньше Венедикта! А что тут у вас происходит?
Валентина работает у Нины не первый год, стала как бы членом семьи, поэтому позволяет себе иногда весьма откровенные заявления.
– Дурдом! – фыркнула она. – Хозяин вообще… слов нет… Короче, увидите сами.
– Нет! – заорали в глубине дома. – Сказал же: через мой труп!
– Во! – подняла палец Валя. – Началось!
– Что? – испугалась я. Однако мне сегодня не везет: удрала от скандала из Ложкина и заявилась в Киряевку в разгар ссоры. Хотя, согласитесь, чужая свара не столь душевно травматична, как выяснение отношений в собственном доме.
– Папа, надо же посмотреть, что там, – прозвенел голос Арины.
– Никогда! – завизжал в ответ Эрик.
Валентина, забыв про меня, растворилась в коридоре, а я, поколебавшись, пошла в гостиную, откуда и доносились звуки беседы на повышенных тонах. Думаю, Нина обрадуется моему появлению: обычно распри стихают, когда в дом приходит гость, мало кто из хозяев захочет ссориться в присутствии даже очень близкого друга.
