Дело в том, что у нее были сухие волосы и она явно не принимала ванну или душ.
— Может, она мыла руки, — буркнул Дронго, — мало ли зачем человек может войти в ванную комнату. Круминьш сообщил мне то же самое еще до того, как была обнаружена убитая Омельченко. Он был потрясен ее смертью. Кажется, он питал к ней довольно нежные чувства.
— Круминьш был потрясен, — согласился Таррега, — но нам показалось, что он немного заторможен. Вы не знаете, он не увлекается наркотиками? Обычно творческие люди…
— Мне об этом неизвестно, — перебил Дронго своего собеседника, — если он увлекается подобными вещами, то вам нужно взять его кровь на анализ и выяснить, что именно он принимает.
А до этого подобные разговоры кажутся мне не совсем этичными. Надеюсь, вы меня понимаете.
— Понимаю.
Таррега поднялся и подошел к двери. Затем обернулся и сказал:
— Мы нашли отпечатки пальцев и на дверной ручке. Наш криминалист завтра утром возьмет отпечатки у всех членов вашей группы. Включая и вас, сеньор Дронго. Я надеюсь, что вы не обидитесь.
До свидания.
Он вышел из номера и закрыл за собой дверь. Дронго продолжал сидеть в кресле. Затем поднялся и подошел к окну.
Через улицу был виден магазин компьютерной техники, в котором круглосуточно работало интернет-кафе. Местные ребята засиживались здесь по ночам, так как существовал специальный льготный ночной тариф. Огни магазина ярко светились в ночной темноте.
«Двадцать первый век, — подумал Дронго, — новое тысячелетие. А люди по-прежнему обманывают, убивают друг друга, пытаются свести счеты, сходят с ума и ненавидят себе подобных.
Человечество не умнеет и не меняется».
Дронго принял душ и лег спать.
Спал он достаточно тревожно, хотя его редко мучили кошмары. Тревожные мысли не давали заснуть."
"Еще совсем маленьким мальчиком он часто видел кошмары, которые заставляли его просыпаться и бежать к матери. Уже будучи взрослым, он понял, что глубокая впечатлительность ребенка связана с бурным детским развитием. Кошмары преследовали его довольно часто, и мать, чтобы успокоить сына, водила его по комнатам.
Пока однажды ему самому не надоели подобные ужасы. И он заставил во сне отступить кошмар. Маленький ребенок во сне победил свой кошмар. Проснулся он тогда с удивительным ощущением победы. Ему было шесть или семь лет. Он заставил кошмар отступить раз и навсегда.
И никогда после этого кошмары больше не преследовали его во сне. Наоборот, он видел удивительные сны. Цветные и прекрасные.
