Через их отверстия в коллектор проникали алые отблески от пожаров, этого света было недостаточно, но выручало техническое освещение коллектора, которое висело на стенах через каждые двадцать метров. Худо-бедно, но путь можно было различить."
"Пока Гаврилов нёсся из Талицы в Екатеринбург, дворецкий Архарова прислал адрес, по которому разместили Елизавету Максимовну. Отель Першерон. Капитан там никогда не бывал. Но точно знал, что коллектор заканчивается рядом с Кафедрой Ювелирного Искусства.
Представьте себе. Архаров создал множество учебных заведений, в которые поступали его бездарные дети, а также гвардейские дети, обделённые даром.
Пусть они не могут сражаться, зато могут добыть необходимые средства для сражения. Ведь война — дело дорогое, и не каждому под силу бодаться с соседями долгие десятилетия напролёт.
— Лиза. Только никуда не выходи. Я тебя очень прошу, — шептал капитан, шлёпая ботинками по зловонной жиже.
Гаврилов бежал, стараясь обогнать смерть, которая была повсюду. Порой через канализационные люки в коллектор стекали целые ручейки крови.
Капитану было страшно подумать о том, сколько человек погибло для того, чтобы создать подобный поток. Иногда он слышал крики мужчин и женщин, которые навеки замолкали, оставаясь позади.
Капитан бежал и чувствовал себя предателем. Он закончил Екатеринбургскую Военную Академию. Гулял по улицам города. Видел радостные лица его жителей. Любовался великолепной архитектурой. Восхищался тем, что Архаров смог создать — пусть не идеальный, но рай — в сотне километров от аномалии.
Здесь люди жили, не чувствуя угрозы. Да, порой было шумно, но в остальное время они были счастливы.
А сейчас Гаврилов был вынужден прятаться, словно чумная крыса, в зловонном нутре Екатеринбурга. Бежать по тоннелям, слыша, как Имперцы убивают всех без разбора. Он мог бы выбраться на поверхность и дать достойный отпор захватчикам. А точнее, последний бой. Забрать с собой в могилу десять, может, двадцать человек или больше.
Но что толку? Приняв бой, он ослушается приказа и погубит любимую женщину.
А ещё сына… Сына… Снова эта странная мысль. Вроде, чужой ребёнок, но такой родной. Может, если Гаврилов сегодня выживет, он и сам однажды станет отцом? Тем более, что Лиза будет рядом. Совсем ря…
Капитан резко остановился. Дорогу преградил завал. Асфальтированная дорога обвалилась внутрь коллектора, оставив отверстие величиной в сорок сантиметров. Через него было прекрасно видно рассвет, утопающий в чёрном дыму.
