К палате Агаты начали стягиваться врачи, и ребята решили не привлекать внимания и поспешили к выходу.
На улице стоял теплый летний вечер. Марка не было видно на горизонте, и ребята, не желая его разыскивать, пошли своей дорогой.
Детская больница уже почти исчезла из виду, когда Тошка вдруг вскрикнул:
– Вот блин! Алина! – Он резко прибавил шаг и на ходу начал искать номер в своем смартфоне.
– Что за Алина? – еле поспевал за ним Фил.
– Моя соседка. Ее отец – главный на этой стройке. Она рассказывала мне, что его недавно выбрали этим, как его, – Тошка вспоминал непривычное слово, – подрядчиком.
Ребята шли вдоль большой, раскаленной летним солнцем и автомобильными шинами магистрали, где поток машин никогда не утихал. Над асфальтом плыла серая дымка выхлопных газов, оседавшая в легких и отравлявшая кровь.
– Я боюсь, что Лес доберется до нее.
Мимо них на большой скорости промчалась машина реанимации с включенной сиреной, она свернула к больнице и исчезла из виду, но сигнал ее эхом продолжал раздаваться на весь район.
– А она что, тоже больна?
– Нет, вернее, насколько я знаю, нет. Черт, где же ее номер, – нервничал Тошка, листая пальцем список контактов. – Блин, телефон отключен, – услышав робот-автоответчик, выругался Тошка.
– Ну, раз она твоя соседка, то ты можешь просто зайти к ней домой, – уже начиная задыхаться от быстрого шага, пыхтел Фил."
"– Да, мог бы. Только она говорила, что они вот-вот должны переехать. Возможно, это уже случилось, я не знаю. Слушай, Фил, не хочешь еще раз проследить со мной за Зубом и той старухой? Может, получится расспросить их на месте.
Расскажем им о нашем разговоре с Агатой, они поймут, что мы в курсе, и помогут, как считаешь? Фил?
Фил отстал от Тошки примерно на десять шагов.
– Я… я… я считаю, что Зуб нас пошлет, но мы можем попробовать. Слушай, а куда мы так спешим? – Парень ужасно задыхался.
– Ой, прости пожалуйста. – Тошка так сильно погрузился в собственные мысли, что случайно повел Фила прямиком до своего дома. – Слушай, а ты далеко живешь отс…
Тошка не успел договорить, потому что увидел рядом со своим подъездом машину полиции и отца Алины, беседующего с двумя людьми в форме.
Лицо мужчины было тревожным, красным и распухшим от слез. Тошка хотел было поздороваться, но увидел, как мужчина сложился пополам и начал корчиться от боли.
– Давай скорую, – скомандовал один полицейский другому, и тот мигом сделал запрос по рации.
– Дядя Герман, что-то случилось? Алина дома? – подбежал Тошка к соседу.
