Решил тогда показать ему, какая у него прекрасная Люба-любовь.
Просто подкатил, несколько красивых слов, пара тайных свиданий. У меня тогда ничего не было к ней, совсем ничего, кроме желания, вскрыть этот гнойник лжи, показать всем, какая она на самом деле.
Может, и не надо было этого делать, отец сам бы все понял со временем. Но не факт, что Люба, приняла бы его нищего.
Он застукал нас целующимися, до секса так и не дошло. Я целовал, Люба отвечала, а потом топила слезами все вокруг, кричала, что это я ее принудил.
Господи, на это было жалко смотреть. У отца тогда случился первый сердечный приступ, а через три дня — второй, из которого он уже не выкарабкался.
Виноват ли в его смерти я? Да, виноват. Мне с этим жить до конца своих дней, и не этой женщине меня судить и обвинять.
— Куда потратила деньги?
— Какие деньги?
— Те самые, что ушли тебе в карман, а не на фирму.
— Не знаю, о чем ты говоришь.
— Молодец, за семь лет ты научилась управлять эмоциями. Чего тебе надо?
— Ничего, просто хотела тебя увидеть, — кокетливо заправляет волосы за ухо, отпивает свой уже давно остывший кофе, слегка морщится.
— Увидела?
— Ты стал таким циничным, Рома.
— Учителя хорошие были, да и жизнь не баловала.
Начинаю на самом деле уставать от этой встречи и разговора. Хочу домой, хочу к Орешкиной, обнять, прижать, зацеловать все ее сладкие местечки. Гори огнем эта Люба, все давно в прошлом, у меня к ней нет и не было никаких чувств, кроме презрения, даже ненависть прошла.
— А вот я часто вспоминала тебя и скучала.
Люба двигается ближе, облокачивается на стол, декольте не слишком глубокое, но отчетливо видна грудь, тоже наверняка творение хорошего пластического хирурга.
Водит тонкими пальцами по моей руке, лежащей на столе, смотрю с интересом, что же будет больше. Неужели она думает, что я сейчас поведусь на ее «прелести» и променяю свою Дашку на интрижку с бывшей любовницей моего отца?
Хочется смеяться в голос, прямо ей в лицо. Но я двигаюсь ближе, всматриваясь в ее голубые глаза, на дне которых грязь и ложь.
Нет, я не ударю женщину, хотя так и чешутся руки.
— До такой степени скучала, что не появлялась семь лет? — сжимаю ее пальцы, вижу, что причиняю боль. — Чего ты хочешь? Чего добиваешься своим приездом?
— У тебя проблемы с компанией, точнее, скоро будут проблемы.
Ей больно, но терпит, не вырывая руку. Со стороны мы, наверное, похожи на страстную парочку: долго и пристально смотрим друг другу в глаза, крепко держимся за руки.
