За окном дождь вырисовывает свои непонятные узоры на стекле, рокот ветра доходит как сквозь вату, а полыхнувшая вспышкой молния озаряет огромное поместье, показывая его необъятность.
Владения Каца опоясывает монументальная стена — забор, через который не перебраться.
Поместье стоит в самом центре. Особняк подсвечен голубым, и я бы оценила его красоту, если бы мне не было столь жутко.
“Отсюда не убежать"", — полыхает мысль.
Дорогущая темница и внутри зловещий мужчина, которого я разозлила.
— Ну вот мы и на месте, цыпа.
Ржет излишне веселый бугай и выходит, затем нагибается и резко вытаскивает меня из машины, закидывает на плечо, тащит в дом, лишая малейшего шанса на сопротивление.
Превращаюсь в пульсирующий сгусток осязания и слуха, улавливаю лай собак вдали, они бросаются на прутья клеток и жаждут, чтобы двери открылись и их выпустили для охоты на очередную несчастную дичь…
И почему мне кажется, что ею вполне могу стать я?
Живот болит от того, что я им упираюсь в плечо моего похитителя, да и все остальные части тела ноют, запястья, видно, связали сильно, перекрыв ток крови.
Подозреваю, что могут быть гематомы — непозволительная роскошь для тела модели…
Чувствую покалывание в кончиках дрожащих пальцев.
Кровь приливает к вискам, пульсирует, дождь хлещет по спине, а я смотрю на то, как перед глазам проскальзывают мраморные ступеньки, как капли ударяются о сероватый камень, рассыпаясь на маленькие блестки.
Красиво как-то."
"Может, и я сегодня ночью так же разломаюсь вдребезги на миллион переливающихся светящихся частиц, которые уже никогда не соберутся воедино…
Шаги моих похитителей отдают эхом, демонстрируя громадные размеры жилища хищника.
Грубая рука держит меня под коленями, обездвиживает и не оставляет ни шанса на сопротивление.
Голова начинает ныть просто нещадно, висеть вверх тормашками явно не для меня…
Будто на волнах бросает из стороны в сторону и в фокусе начищенные ботинки Цветочка, который идет след в след за охранником, тащащим меня, как мешок с картошкой.
— Мы к боссу.
Басит орангутанг, отчитываясь перед кем-то и в голосе опаска, нет больше веселья.
Ему не отвечают, но я ощущаю чужой взгляд лезвием, скользящим по моим бедрам и, наверное, мое платье сейчас задралось, показывая невидимому собеседнику интересные виды.
Плевать. Одернуть одежду все равно не могу.
— В кабинет.
