Я наслаждаюсь ее видом, роскошным телом, тем, как она выделяется среди всех женщин, которых когда-либо знал. Яркая, броская, как бабочка с пестрыми крылышками и мне совсем не хочется их обламывать, наоборот порву любого, кто посмеет пальцем тронуть.
Аврора, красивое имя, несущая свет, заря. У нее все чувства как на ладони. Во всем чертов протест и неповиновение. Желание сопротивляться мне, той тяге, которую испытывает. Странное дело, пока возвращался в особняк, думал не о проблемах, которые вскрываются, как чертов гнойник, не о врагах, которых буду рвать, превращая в мясо, чтобы никому и в голову не пришло, что можно пытаться задвинуть Кровавого и отжать территорию, я думаю о ней…
— Бесовка…
Выхожу из автомобиля и размашистым шагом направляюсь в дом.
Думаю о своей куколке. О том, что еще раннее утро и Аврора тепленькая лежит в моей постели.
Первая женщина, которая не просто вошла в мой дом, она спит в моей кровати и речь не про секс даже, а про то, что я ее слишком приблизил.
Это уже не чисто физиология, а нечто иное. Недопустимое.
Стоит войти, как в ноздри бьет фантомный аромат. Ее запах. Им пропахла моя постель и чертова брусника въелась в кожу.
Кукла подсадила меня на себя, принесла с собой аромат из прошлого. Но она становится моим настоящим.
Звонок от Монгола застает меня на странных мыслях.
— Ты уже на месте?
— Да. Все под контролем. Занятные факты всплывают…
— Не по телефону.
— Я по другому поводу звоню.
Присвистываю, засекая озабоченность в голосе.
— Твоя женщина, Иван.
Сдавливаю трубку в руке. Монгол единственный, кому я готов подставить спину, но стоит ему заговорить о ней, меня клинит.
— Брат, не начинай.
— Вчера произошло кое-что странное. Я засек. Вернулся и поднял записи видеонаблюдения. Короче. Спроси у нее. Пусть сама тебе все скажет. Не от меня ты должен узнать…
Зверею моментально.
— Монгол. Кота за хвост не таскай.
— Показалось, что она свинтить хочет.
Одно слово о ее побеге и зверь внутри оголяет клыки, готовый вспарывать.
— В супермаркете дело было. На кассе. Спроси ее.
— Монгол, я тебе башку оторву. Что за писец сейчас ты мне втираешь?!
— Я все сказал, брат. Дальше сам. С бабой своей покумекай.
Бросает трубку. Такое только Монгол может позволить себе. Быстро поднимаюсь по лестницам, иду в спальню и пытаюсь совладать с собой.
Вхожу, контролирую себя, чтобы не грохнуть дверью. Постель пуста. Нет куколки.
