Я просто хотел просить вас покинуть селение, пока неправедные слухи не испортили девочке судьбу!
— Слухи? — мне удается усмирить гиблую силу. Хорошо, что старик не маг, не понимает, не чувствует.
— О том, когда именно вы оказались здесь доподлинно никто не знает. Если бы не чужаки перед хижиной….
— Могу вас заверить, я лишь недавно пришел в себя и едва ли передвигаюсь.
— Я-то это понимаю, понимаю! Но вот какое дело, наша Данька сосватана за моего внука. Скоро венчание, а злые языки не преминут омрачить столь светлое событие досужими сплетнями.
Да и ссоры молодым ни к чему.
Невеста… какой же я идиот. Разве могла такая девушка оставаться без внимания? Что-то сдавило горло ледяными щипцами, мешая свободно вздохнуть. С шумом проталкиваю в легкие воздух и только тут понимаю, что попался: старик внимательно следил за каждым моим движением. Он всё понял.
— Могу я хотя бы поблагодарить Дэниэллу за свое спасение?
— Я могу передать вашу благодарность, уважаемый истэр, поверьте, так для неё будет лучше.
Если действительно желаете ей добра, то уезжайте. Прямо сейчас. Она поймет.
— Но вы можете дать гарантии, что ни её жених ни кто-либо иной не причинят ей вреда из-за… этой ситуации?
— Конечно, уважаемый, я глава этого селения и я уже говорил, что забочусь об этой девочке. Она мне как дочь. Уверяю, под моей опекой с ней всё будет хорошо.
Ноги не слушаются меня. Силы еще не вернулись, а без исцеляющего полога Дэниэллы каждое движение отдает тупой болью. И всё же я встаю. Несколько неуверенных шагов даются тяжело, но я справляюсь и дохожу до своего плаща, заботливо развешенного возле очага.
Из внутреннего кармана достаю увесистый мешочек монет и протягиваю его старосте. Тот недоверчиво забирает кошель и заглядывает внутрь. Его руки начинают подрагивать.
— Это для Дэниэллы. Это меньшее, чем я могу отблагодарить за свою жизнь. Вы сказали, что опекаете её, я полагаюсь на ваше благородство и обещание заботится об этой девушке. Передайте ей эти монеты и пусть она распорядится ими так, как считает нужным.
— Все будет сделано, уважаемый истэр. — Выдержка старосты окончательно даёт трещину и его поклон кажется мне излишне низким.
Мне не хочется уходить, не поговорив с Дэниэллой. Но что, если своими действиями я навлеку на неё беду? Всё, что сказал староста звучало весьма разумно. Я не подумал, как мое нахождение здесь скажется на самой девочке… да что там… надо признаться, что мои мысли текли в совершенно ином направлении.
