Да, моя крошка возбудила себя. Скучает?
— Да, Леон, — мурлыкающим тоном отвечает она.
— Твоя киска течёт по мне, — говорю без прелюдий. — Тащи свою задницу в спальню. Живо. Я знаю, что ты развлекалась со своей дырочкой. Без меня. Это наказуемо… — растягиваю слова и предвкушение вместе с ними. — За это я… выебу тебя в попку. Даже на расстоянии.
— Леон, я… — смущается, застуканная на месте преступления
— Выполняй мой приказ. Живо! — добавляю металла в голос. — Или первое, что я сделаю по приезду, это нагну тебя раком и отымею без подготовки.
Но сейчас… ты сделаешь это сама. Для меня. Но трахаю тебя всегда я. Запомни! Доставай игрушку для попки. Развлечёмся…
Я знаю, что ты развлекалась со своей дырочкой. Без меня. Это наказуемо…
Слова Леона бьются пульсом в моей голове, когда я наспех вытираюсь полотенцем и покидаю ванную.
Мне не страшны его угрозы, потому что я знаю, что зверь… может драть меня, как ненасытную шлюху, может быть жёстким, но мне под ним всегда будет хорошо.
Так хорошо, как только возможно.
Самый порочный рай из всех существующих — это подчиняться Леону. Беспрекословно.
— Умница. Ты выбрала правильное направление, — подстёгивает меня словами Леон.
Телефон находится на громкой связи и я слышу, как дышит мой любимый мафиози. Невероятно тяжело и хрипло. Уже возбуждён?
Проказник. Я не знала, что камеры есть и в душе. Я всего лишь соскучилась по нему и решила немного побаловать себя, думаю о мужчине.
— Достань пробку с клубничкой, — приказывает Леон.
Я исполняю его приказ. — Теперь опустись на кровать. На колени. Разверни попку к камере. И… засунь её. Немедленно.
Я раскатываю пробку между ладоней, разогреваю.
— Ты же знаешь, как это сделать. И хочешь того, что и я. Приступай. Не испытывай терпение, — порыкивает нетерпеливо.
— Нас никто не увидит? — уточняю. — Твой охранник.
— Нет, — обрывает резко. — Я перекрыл ему доступ и отправил сообщение, чтобы он не дёргался. Приступай. Я пиздец какой твёрдый. Могу разъебать концом стол в мелкие щепки!
Грубый мат и животные интонации в голосе Леона полосуют меня по нервам не хуже острого кинжала.
Я дышу очень часто и опускаюсь на колени, как он велел.
— Покрути ей в своей дырочке. Собери влагу, — подсказывает, ведя меня дорожкой похоти.
Заставляет трястись от предвкушения. Влаги на лепестках вокруг входа невероятно много. Пробка собирает их без труда.
— Вставляй.
Зажмуриваюсь и дотрагиваюсь пробкой до тугого колечко попки. Нажимаю.
