— Как у русалочки? — Катюша пытливо крутится, запахивая пальтишко посильнее. Тоже боится так же заболеть.
Меня все ещё трясет даже спустя час. Адреналин не исчезает, будто только усиливается сильнее. До меня доходит, что могло произойти. Трясёт. Слёзы на глазах. Я могу позволить себе побыть слабой. Номер с двумя комнатами. Зал и спальня. Катюша снова вырубилась из-за долгой прогулки. Охранники остались в коридоре. Мне не хотелось кого-то видеть. А я забралась на диван, чувствуя, что вот-вот развалюсь на кусочки.
Внезапно дверь распахивается. Я подскакиваю, а после оседаю обратно. Кажется, что голова кружится. И я уже заснула. Взбешенный, черный от злости Эмир, он не может быть тут. У него ведь дела, командировка, встречи… Он снова всё из-за меня отменяет?
Пока мужчина не сказал какую-то гадость, я бросаюсь к нему. Висну на Буйном, находя утешение в его объятиях. Я чувствую, что теперь всё точно хорошо. Он не позволит чему-то случиться со мной.
— Не кричи, — прошу хрипло через силу. Прижимаюсь к мужчине сильнее.
— Не кричи на меня. Лучше пожалей.
— Я, блядь, тебя сейчас пожалею. Так пожалею, кукла, что мало не покажется.
Наверное, его слова должны пугать. Напрягать. Предупреждать об опасности.
Но я лишь громко всхлипываю и прижимаюсь к нему максимально тесно. Дрожу всем телом. Вопреки всему, я чувствую себя рядом с ним в безопасности. Вот он пришёл и больше ничего плохого не случится. Пусть хоть весь мир вокруг рухнет, а с нами ничего не случится. Потому что он не позволит.
— Вот скажи, в тебе магнит на хуету всякую? — Эмир злой. В ярости. Я по его голосу слышу. По тому, как напрягаются его мышцы чувствую. А я вся дрожу, с каждой секундой всё сильнее и сильнее.
Руками его шею обнимаю. Носом в грудь тыкаюсь как маленький котёнок. Пускай говорит всё что хочет. Плевать. Лишь бы обнял и не отпускал.
Его огромная ладонь обжигает поясницу. Надавливает. Сильнее к себе жмёт.
А я в его запахе тону. Вдыхаю и спокойствием заражаюсь. Вот как пахнет безопасность. Его запахом.
Мы так и стоим. На одном месте. Не двигаемся. У меня ноги как будто ватные становятся. Кажется, что и шага не сделаю сама.
Слышу, как Буйный вдыхает через ноздри воздух. Как будто с чем-то смиряется. А после подхватывает меня на руки. Как пушинку. Я сильнее его шею обхватываю, тыкаюсь в неё носом. Эмир подходит к дивану, садится, а я на его коленях оказываюсь.
— Ты опять из-за меня дела бросил? — Тихонько хриплю.
И не на секундочку его не отпускаю.
