Некромант помогал, растирал лечилки по коже, которая впитывала алхимические соединения. Ссадины затягивались на глазах, синяки светлели. Порезы сходили, как будто их и не было. Молодое тело словно лучше реагирует на зелье.
Кости срастались медленнее. До полного выздоровления как до Османской империи раком. Потребовалось около двух часов, чтобы смог сесть. Вот это я ударился…
Два часа мучений. Дрозд кормил меня зельями, как грудного ребёнка. Приходилось глотать по ложке, потому что горло не работало, каждая порция обжигала пищевод.
Рёбра встали на место, хрустнули. Боль в груди исчезла, можно было дышать полной грудью. Левая рука обрела какую-то подвижность, пальцы слушались команд.
Попытался говорить. Выходило сипло, словно курил и пил все двенадцать лет этого тела, но звуки уже напоминали человеческую речь.
— Проверка связи, — прохрипел я.
— Слышу, — кивнул Дрозд. — Голос, как у завсегдатая кабака, но понятно. Решил повзрослеть раньше времени? — улыбнулась сутулая собака.
Ничего не ответил. Огляделся: мы в лесу, никаких указателей и направлений.
Вот тебе и долетел быстро. Сосны, ели, берёзы — обычный лес. Без ориентиров можно блуждать неделями.
Воздух пах хвоей и прелыми листьями. Где-то журчал ручей, пели птицы. Идиллия, если забыть о разбившемся дирижабле и пропавших пассажирах.
Поднялся на ноги. Покачнулся, но устоял. Ноги держали. Голеностоп ныл, но вес выдерживал, — можно идти.
— Какой план? — спросил Дрозд.
— Жди! — ответил я своим «волшебным» голосом.
Достал змею из пространственного кольца.
Она висела напротив моего лица, ожидая команд. Забрался на неё и сказал на ухо:
— Наверх!
Змея взмыла, пробиваясь между ветвями. Воздух свистел в ушах, желудок снова подошёл к горлу. После недавних приключений полёты давались тяжело.
Мы поднимались над деревьями, и я увидел дирижабль. Давал команды змее, и кое-как добрались до носовой части.
Вблизи воздушное судно выглядело ещё хуже. Металлический корпус был искорёжен, как консервная банка. Заклёпки выскочили из пазов, листы обшивки отогнулись и торчали острыми краями.
Газовая оболочка обвисла серой тканью. Местами она порвалась, и лоскуты полотна хлопали на ветру, как флаги капитуляции. Запах водорода ещё чувствовался в воздухе.
Оставил летающую кишку висеть, а сам забрался внутрь. Добрался до кабины управления. Там творился хаос. Приборы разбиты, провода висели клочьями. Кресла вырваны с корнем и валялись в беспорядке. Пол залит какой-то технической жидкостью. По стенам тянулись трещины.
