Весенний аукцион — скажем, сто участников, плата за участие — миллион с носа. Это сто миллионов сразу.
— Пока не думал, но примерно так, — кивнул я.
— Это ещё цветочки! — продолжал Булкин, размахивая руками. — Дальше торги. Средний лот кристаллов — десять миллионов, а на аукционе пятьдесят лотов. Итого пятьсот миллионов оборот минимум! А если цены взлетят? То… То…
Булкин пошатнулся от осознания, сколько можно заработать. Сюсюкин остановился, уставившись на аристократа.
— Павел Александрович, а вы понимаете, что нас убьют? — голос моего партнёра стал тише.
— Как только другие роды поймут масштабы… Нас просто уничтожат.
— Кто именно?
— Да все! — всплеснул руками аристократ.
— И что вы предлагаете? — перебил я.
— Не знаю! — Булкин схватился за голову. — Может, начать потише? Не всё сразу?
— Гаврила Давыдович, — произнёс я мягко. — У меня есть независимая территория, кристаллы, зелья. Рано или поздно кто-то попытается это отобрать. Особенно после того, как мои земли стали автономией. Лучше стать сильным слишком быстро, чем дать врагам время на подготовку.
Аристократ думал. Сейчас решалась судьба не только моего рода, но и его. Со мной у Булкина есть шанс войти даже не в десятку богатейших в империи, а в пятёрку. Рискованно? Дерзко? Да! Пора уже двигаться к своей цели более активно. Построим государство в государстве, а потом завоюем его изнутри.
— Вы же понимаете, сколько это возможностей и денег? — спросил я, потому что Булкин слишком долго молчал. — От вас требуется организовать всё благодаря связям.
К туркам вы уже имеете выход, остались монголы, джунгары. Может, кто-то ещё.
— Что мне будет с этого? — тут же поинтересовался собеседник.
— Двадцать процентов от суммы продаж, — улыбнулся я и поднял руку, чтобы остановить попытку торгов. — И это не обсуждается, только если в меньшую сторону. Риски все — с моей стороны.
Ещё несколько часов споров, пунктов в договорах. Мы снова скрепили наши планы кровью, клятвой молчания об условиях. Сюсюкин старательно записывал каждую деталь, создавая юридический шедевр.
Тем временем за окном начало темнеть, рабочий день в промышленной зоне подходил к концу. Слышались прощальные гудки, хлопанье ворот, топот уходящих домой людей.
— Люди, — произнёс я, откидываясь на спинку стула. — Те, кто будут защищать ваши инвестиции.
— Ваши земли, — поправил меня Булкин, — от которых зависят мои инвестиции, наши договорённости и прибыль.
— Именно. По всей стране нужно объявить о наборе в армию Магинского.
