— Кристина?
— Разве все не так, как я сказала? Вы пропадаете на несколько месяцев, не даете о себе знать, какие я могу сделать выводы? Да и кто я вам такая, чтоб их делать, а сейчас давать объяснение? Случайная любовница? Вы неплохо провели время и пропали, считайте, что у меня было так же.
Рублю с плеча, самой больно от сказанных слов, но это все так и есть. Мужчины молчат, смотрю в их лица, Артём похудел, Игорь оброс, как бандит с большой дороги. Воздух вокруг нас искрит электричеством, еще немного — и рванет.
— Она права, Громов, девочка достойна лучшего, а не двух аферистов, пойдем, зря приехали, надо было позвонить.
И это все, что он может сказать? Просто так взять и уйти? Не верю своим ушам, реально не верю. Это говорит мой Артём, который несколько минут назад шептал, что соскучился?
На глаза наворачиваются слезы обиды. Беременные все такие противоречивые? То люблю, то ненавижу, то проваливайте, а что мне еще сказать им?
Пусть уходят, навсегда. Плевать. Сжимаю кулаки, смотрю в их лица.
— У тебя новый мужик? Это его кроссовки в коридоре и вещи? Да? Кто он? Что, блядь, за Семён?
Вот Громов говорит по делу, увидел одежду брата и понял все, сложив два и два. Самый сообразительный из нашей троицы идиотов.
— Не твое дело. Проваливай туда, где был. В Испанию, отдохни, если устал, бабенку какую подцепи.
— Крис, я ведь тебя, маленькую сучку, поймаю и отшлепаю за такие слова, и меня не остановит, что ты беременная. А вот потом только буду разбираться от кого.
— Громов, прекрати, я не твоя собственность, чтоб так разговаривать.
Я вообще для тебя никто.
— Ты моя женщина, которая врет и не краснеет, а ну, иди сюда. А потом будешь сожалеть о сказанном.
Да, на самом деле могу пожалеть, но у меня ведь характер не подарок, сама себе иногда противна. Игорь делает лишь шаг, как вдруг звук дверного звонка останавливает его, они с Артёмом переглядываются."
"— Это что еще за гости так поздно и где ты была до одиннадцати вечера? — Громов снова переходит на громкий шепот, берет за руку, притягивая к себе.
— Это тот самый отец ребенка и твой якобы мужчина? У него ключей нет, а тряпки везде разбросаны?
Гад какой противный, держит за руку своей горячей ладонью, а мотыльки— предатели радостно машут крыльями.
— Отпусти, надо открыть.
Протискиваясь между ними, чувствую взгляд каждой клеточкой кожи. В дверь продолжают звонить, но, как только я тянусь к замку, мою руку перехватывают, смотрю на Игоря, обливаясь холодным потом.
