И раздается леденящий душу голос из прошлого:
- Разобраться действительно надо, - потирает огромные лапищи. – Я бы даже сказал просто необходимо.
- Нееет… - бормочу, прижимаю к себе детей. Еще до конца не верю, что Лев стоит у меня на пороге. Это слишком страшно, слишком нереально… Только не он… Я ведь уже поверила, что он больше не появится…
- Да… Елизавета, - у него в руке фонарик, и от этого света лицо таракана приобретает еще более зловещий вид. За ним стоят трое мужиков… И я не знаю, как мне спастись… что придумать…
- Уходите! Пока вас не нашли! А вас найдут, можете даже не сомневаться!
- Только попробуй заорать, - скалится.
– Хотя… ммм… - не нравится мне его выражение лица, ох как не нравится.
Дает указание своим людям. Меня в два счета скручивают. Завязывают мне руки сзади. Рот заклеивают скотчем…и самое ужасное… забирают детей… уносят их прочь…
Их взгляды… немые мольбы о помощи… это слишком… это бесчеловечно… это за гранью…
Мычу, сопротивляюсь… но я ничего не могу сделать. Кошмар повторяется… снова… Нет! Я не переживу!
Бесполезные слезы градом текут по щекам… пробую разорвать веревки, и понимаю, что все без толку… Мне с ним не справится.
- Переживаешь за деток, - склоняется надо мной. – И правильно. Переживай. Их жизни зависят от твоей сговорчивости.
Мычу… пробую освободиться, с ненавистью смотрю в лицо человека, столько лет измывавшегося надо мной.
- Я сейчас отклею тебе рот. Но если закричишь… - облизывает губы, - В общем ты меня поняла.
- Что вам надо? – спрашиваю, как только он одним резким движением отклеивает скотч.
- Ты, Лизок. Ты мне принадлежишь. А еще мне надо с твоей помощью расплатиться с долгами. Чтобы все они заплатили за годы моих страданий! Никто безнаказанно не смеет предавать Льва Ползунова. А ты… ты… так похожа на своего папашу… я представляю, как он в гробу переворачивается, от осознания, что ты моя… Костя, Адриан, Никита… - кривится и сплевывает на пол, - Плод предательства, вечное напоминание о женском вероломстве… Все заплатят… - его глаза безумно блестят.
За это время Лев сильно изменился… кажется, еще больше обезумел. И сейчас я отчетливо понимаю, пощады не будет. И то, что я раньше терпела… теперь будет во сто крат хуже.
- Заплатишь как раз ты, папаня, - в дверях появляется Никита. Из ниоткуда, как призрак.
- Ник! – смотрю на него и не верю. Неужели спасение! – Он детей забрал! Помогиии! – кричу. Сейчас самое главное – спасти моих крох.
В спальне раздается жуткий шум. Вздрагиваю.
