— Я сейчас меж двух огней!
— Просто ответь мне: какая она была? — цежу сквозь зубы, теряя терпение.
— На ней было одно полотенце. Видимо только вышла из душа, — эта фраза пулей влетает мне в лоб. Больное воображение тут же рисует неприличные картинки их близости и всего, что было после. — Она еще покраснела, начала быстро собираться. Я понял, что она должна была уйти раньше, чтобы никто ничего не заметил.
— Что он сказал? ""Это не то, что ты думаешь""?
— Пообещал, что во всем разберется. Говорил, что ошибся. Я ему поверил.
Карим сказал, что очень любит тебя. Он правда тебя любит, Зар. Не сомневайся.
— Пытаешься оправдать его? — со злобой выплевываю. — Если бы любил, не было бы никакой токал!
Поднимаю голову вверх и моргаю, чтобы выпустить слезы. Боль ломает ребра, внутри все скручивается в тугой узел и медленно гниет.
— Она сказала, они вместе год. И ты ни о чем не догадывался?
— Клянусь тебе, нет. Когда я приезжал в Астану, все было, как всегда.
— Хороший шифровальщик, — горько усмехаюсь я.
— Как все умело скрывал. Мне говорил, что любит. Ей сделал ребенка. Какая су**ка. Мужа похоронила и легла под брата!
— Зара, — предупреждающе произносит деверь.
— Что Зара? Скажешь не так? Или может она давно его приметила? Мне теперь что делать? Как с этим жить? Он был с ней год! Пока мы все оставались здесь, он ездил в Астану и развлекался с ней! И та ночь в гостинице — кульминация всего, если она потом забеременела? А если бы ты их не застал, он бы дальше мне врал?
Кричу на весь салон, а Искандер смотрит на меня с жалостью.
Выплескиваю на него всю злость, которая разъедает меня, будто он — причина моих бед. А он только молча давит на газ, выкручивает руль и выезжает с парковки.
Всю дорогу до дома молчим. Каждый думает о своем и не мешает другому. Звоню маме и прошу ее забрать Дильназ к себе сегодня. Предупреждаю, что ее привезет водитель. Мне надо о многом подумать и решить, что делать дальше. Ощущение, что я угодила в мышеловку и выхода нет.
Мерседес Искандера въезжает в ворота и останавливается у дома.
— Зайдешь? — спрашиваю отстраненно. Злюсь на него за то, что скрыл от меня правду. Хотя умом понимаю, что он выгораживал брата.
— Нет, к маме поеду. Линара и ей успела доложить, — озадаченно потирает лоб.
— Бедная мама, — вздыхаю я. У меня прекрасные отношения с ене, то есть моей свекровью. Они с моей мамой дружат много лет и она всегда говорила, что хочет видеть меня своей невесткой. Страшно представить, как она отреагировала.
