Так каковы же мотивы?
— Преступники этого типа, — размеренно продолжал Гиббс, — обычно получают от убийства чувственное удовольствие, вызванное ощущением полной власти над другим человеком."
"— А лишние части тела?
— Это уникальный случай в нашей практике. Психологи предполагают, что преступник остро ощущает свое ничтожество, ненавидит себя — возможно, из-за того, что над ним много издевались в детстве, и сейчас он совершает своего рода ритуальное самоубийство. Наши эксперты отталкиваются от этой гипотезы.
— Какая удача для нас.
А что вы скажете о надписи: «Тебе водить»?
— Преступники этого типа нередко позволяют себе насмешки над служителями закона.
— В вашей базе данных найдется ответ на любой вопрос.
Судя по всему, Гиббс не знал, как воспринимать эти слова.
Д’Агоста тоже.
— Согласен, это очень хорошая база данных, — заметил Гиббс. — Как вам должно быть известно, агент Пендергаст, единая система сбора и хранения данных включает в себя десятки тысяч записей. Наши выводы основаны на статистике, комплексных показателях и корреляции.
Это не означает, что наш убийца будет полностью соответствовать рассчитанному психологическому профилю, но определенное направление работы у нас появилось.
— Да, действительно. У вас появился след, который заведет в глухие дебри.
Метафора получилась довольно туманной, и д’Агоста крепко задумался над тем, какой смысл в нее вложил Пендергаст. В комнате повисла напряженная тишина. Пендергаст продолжал пристально смотреть на Гиббса, словно изучал неизвестный науке вид живых существ.
Потом подошел к лейтенанту и взял его под РУКУ.
— Итак, Винсент, — сказал он, — мы снова вместе расследуем дело. И я должен поблагодарить вас — как бы получше выразиться? — за то, что вы вернули меня к жизни.
Он развернулся и стремительно направился к двери, так что полы черного пальто развевались при каждом шаге.
23
Лейтенант д’Агоста сидел ссутулившись в видео-лаборатории «С» на девятнадцатом этаже здания Уан-Полис-Плаза. Час назад он вернулся с места третьего убийства и теперь чувствовал себя так, будто провел пятнадцатираундовый поединок с профессиональным боксером.
Он повернулся к сотруднику, сидящему за пультом, — тощему студентику по имени Хонг:
— Камера пятнадцатого этажа. На шестьдесят секунд назад.
Хонг забарабанил пальцами по клавиатуре, и черно-белое изображение на центральном мониторе ожило, быстро перематываясь назад.
Наблюдая за картинкой, д’Агоста мысленно восстанавливал ход событий.
