И утром он специально затянул собственные сборы, чтобы покинуть место лагеря позже сталкеров Хука. Незачем было «свободникам» видеть, что собрался бывший проводник тоже идти к озеру, надеясь привлечь внимание обитателя плавучего дома и предупредить о нежданных гостях. Тем более, что больше встречи со стариком Палёный не боялся.
Рюкзак собран, люди Хука давно скрылись между деревьев и теперь можно было спокойно идти к озеру той дорогой, по которой когда-то Палёный, поправившийся в доме Крота, уходил в сторону Периметра, намереваясь навсегда завязать со сталкерством.
Как будто не знал, что говорили старые сталкеры, будто Зона, признав чье-либо право находиться здесь, никого потом не отпускает просто так. Палёный взялся одной рукой за лямку рюкзака и в этот момент между деревьями появился один из людей Когтя, по кличке Жужа.
Палёный замер, с недоумением глядя на сталкера, который небрежно повесив автомат на плечо, приближался прогулочным шагом, словно гулял в парке после воскресного обеда.
На лице Жужи блуждала нехорошая ухмылочка и Палёный ощутил приступ безотчетной тревоги.
— Ты чего, Жужа, забыл что-нибудь? — спросил он, и посмотрел на свой автомат, прислоненный к стволу дерева в нескольких шагах позади.
— Забыл, — улыбнулся Жужа. — Хотел посмотреть, какого цвета у тебя селезенка, да и забыл.
Все слова Палёный вроде бы расслышал, но их смысл ускользал, оставляя ощущение нарастающей угрозы.
— Кранты тебе, козел — сказал Жужа, с каждым шагом становясь все ближе, и уже не скрывая дикого блеска в глазах.
— Велел Хук тебя на перо посадить. Соображаешь?
Теперь Палёный понял все, но от ужаса не мог даже двинуться с места. Жужа, издевательски улыбаясь, положил свой автомат на землю и вытащил из ножен длинный, слегка загнутый клинок. Слабость в ногах сменилась огненной волной, хлынувшей по венам. Палёный подскочил, как раненное животное и бросился к своему автомату, но Жужа предвидел такую реакцию и метнулся следом. Палёный успел лишь схватиться за оружие, а потом сильный удар ногой по голове опрокинул его навзничь.
Перед глазами кружилось серое небо Зоны и вершины высоких деревьев, а пальцы бессильно сжимались и разжимались, не чувствуя больше холодной стали автомата. Внезапно грудь сдавило так, что стало почти невозможно дышать, а вместо неба перед глазами Палёного появилось довольное лицо Жужи.
— Ну что, испугался? — спросил Жужа, медленно ведя лезвием ножа по щеке Палёного. — Правильно испугался.
