Он сидел в самом темном углу лагеря возле небольшого костерка, но как и все остальные «свободники» — не спал. Размышляя о том, как подать товарищу сигнал, Штык чуть не пропустил тот момент, когда к лагерю подошла большая группа вооруженных людей. Подстроив увеличение оптики шлема, он в деталях наблюдал встречу Хука с Карасем, а также бой одного из «свободников» с пленным «долговцем».
Чем сильнее накалялась атмосфера, тем ярче становились многочисленные темные снежинки перед мысленным взором. Их почти не было, пока он шел вокруг горы и плыл по ночному озеру, пользуясь визуальной картинкой на щитке шлема, но стоило оказаться рядом с большим количеством возбужденных людей… А что если попробовать ускорить движение этих точек? Сдернуть со своим мест, наложить друг на друга, как он сумел сделать во время боя с военными сталкерами? Вдруг получится стравить между собой людей Карася и сталкеров Хука? Они и так явно не доверяют друг другу, достаточно добавить что-то вроде необъяснимого приступа раздражительности и враги будут заниматься друг другом, а не сокровищами.
Непонятно, конечно, как это сделать, но если попробовать, скажем, сдвинуть вот это облачко черных точек вон туда…
Начать свой эксперимент Штык не успел."
"— Послушайте меня все! — громкий голос молодого парня привлек всеобщее внимание. — Меня зовут Палёный. Я предатель с таким стажем, что может позавидовать любой иуда. Но больше я не могу. Совсем недавно человек по кличке Карась вручил мне пистолет и велел убить фримена Хука.
Четыре чемодана денег обещал. Говорил, что ничего в этом предательскогонет — просто военная хитрость. Тем более, что Хук сам велел убить меня.
— Что за херня?! — заорал Карась. — Ну-ка парни дайте в рыло этой твари! Хук, не верь, ему просто денег надо было, а у меня с собой нет, чтобы рассчитаться!
— Вот пистолет! — перекрикивая взметнувшийся над лагерем шум, заорал Палёный. — А предательство, Карась, остается предательством независимо от размеров и деталей! Уж поверь специалисту! А я больше этим не занимаюсь!
— Ну и сдохни, тварь! — заорал Карась, дергая затвор пистолета.
Но выстрелить не успел.
Хук, после слов Палёного ожидавший чего-то подобного, уже держал в руке заряженный пистолет. Выстрел, голова Карася, изуродованная выстрелом, короткая пауза…
— Мочи фрименов! — взревел Коготь и ударил ножом, стоящего рядом с ним «свободника».
Тот рефлекторно дернулся в сторону, уходя от удара, а Ганс, что стоял рядом, ударил Когтя кулаком в челюсть.
