Небольшие группы колонистов приходили почти каждый день. Так что Батый, который пока упорно не желал учить русский, оказался лишь первой ласточкой…
Следом появилась группа из десяти азиатов, потом две группы негров, затем — несколько арабов. И чем дальше, тем больше…
Изредка, конечно, в этой волне миграции попадались и европейцы. И даже свои, русские. Хотя вообще-то это было не слишком важным. Русских хватало и в самом Алтарном. Важным было то, что заставило всех этих людей сняться с насиженных мест…
А причина была хоть и неприятная, но ожидаемая.
Мы знали о ней давно, но надеялись, что пронесёт.
Не пронесло."
"С северо-востока двигалась орда японцев. И пусть это звучит забавно — орда японцев, но, судя по рассказам, ничего забавного в них не было. Вытесненные соседями, гордые потомки самураев породили волну миграции. И теперь эта волна катилась дальше, выплёскиваясь с тех мест, которые японцы разорили по пути.
А они именно разоряли, не жалея людей. Какие-то группы, конечно, умудрялись с ними договориться и, в итоге, присоединялись к захватчикам.
Однако большая часть колонистов встречала их не слишком приветливо. И в ответ получала боль, смерть и потерю капсул. Пороха у японцев, к счастью, не было. Зато энтузиазма им, как оказалось, не занимать…
У большинства тех беженцев, кто добрался до Алтарного, капсулы не были укреплены. Как, впрочем, и у многих в самом Алтарном. А если долго-предолго бить в одну точку — не выдержит даже чудесный материал инопланетных устройств.
Капсулы ломали, сбрасывали с обрывов, давили камнями, рубили топорами… А когда добирались до энергетического ядра в полу — обливали его горючей смесью и поджигали. Обычно этого хватало…
Немногие выжившие, сумевшие спасти свои капсулы, получали их в таком непотребном состоянии, что оставалось только удивляться — как они вообще сохранились? Наверно, ничем, кроме чуда, это и объяснить было нельзя.
А у нас прибавилось проблем… Наплыв иностранных «бескапсульных» мигрантов прибавил рабочих рук внутри Алтарного, но при этом требовал срочных мер по их размещению.
А памятуя о том, что ещё зима впереди, желательно было делать сносные жилища, а не смешные навесы.
К счастью, напряжения между старыми и новыми жителями Алтарного пока не ощущалось. Видимо, из-за подавляющего численного преимущества «старичков». Но беженцы продолжали приходить, и что с ними делать, не знал даже Кукушкин.
