А я с ужасом в глазах смотрел, как в метрах в пятнадцати от нас по воде расходятся мелкие волны. И явно не просто так, а из-за того, что что-то большое и быстрое настигает наш плот. Искать винтовку было уже поздно, да и бесполезно: тут ещё найди, куда пулю засадить в этой туше.
А потом след на воде пропал…
— Держитесь! — в последний момент я бросил весло, кинулся на него плашмя и вцепился в брёвна.
Плот тряхнуло… С моей стороны он хорошо так поднялся над водой!
Но перед этим я успел заметить страшную башку рептилии, поднимающейся из речных глубин…
Наш неказистый плот потянуло дальше по ходу атаки крокодиллы.
Скорость сразу же выросла, отчего и люди, и звери на борту повалились с ног. Хорошо, в этот раз никто в воду не упал… Рептилии — конечно, не самые обучаемые в мире существа. Но крокодилла-то — не земная рептилия, вдруг мозгов там чуточку больше? Да и земные, наверно, быстро бы усвоили схему получения вкусного мяса.
В любом случае, радоваться было рано. Потому что, не добившись сколько-нибудь приемлемых результатов, зубастая тварь решила проверить наши плоты на вкус.
Для этого она отплыла от нашего плота, развернулась — и рванула обратно, широко раскрывая пасть.
Памятуя о том, как предыдущая знакомая мне крокодилла крушила плоты с камнем… Ещё и с одного укуса… В общем, я понял, что нам конец! И, наверно, именно это подстегнуло мыслительные процессы в моих мозгах.
Бросив весло на произвол судьбы, я схватил один из шестов и кинулся навстречу хищнику. И когда пасть размером с меня оказалась совсем рядом — упёр шест в зубы верхней челюсти, навалившись на него.
В какой-то момент мне показалось, что я сейчас сломаюсь… И куда быстрее, чем шест…
Но тут рядом появился Дунай, схватившись за шест вместе со мной. А потом подскочили Мелкий и Пилигрим со вторым шестом… А следом Пресня и Чем — с третьим…
И тут, как гром среди и так хмурого неба, раздался крик Костромы: «Ща перевернёмся!». После чего она, не теряя ни секунды, вместе с питомцами рванула на другой конец плота.
Кострома была права.
Плот накренился, и его дальний край уже задрался над водой. А тот край, куда мы упирались ногами, наоборот, ушёл в воду по щиколотку.
И теперь у нас установился паритет. Крокодилла продолжал переть вперёд, толкая шесты. Эти шесты толкали нас. А мы — плот, который кряхтел и грозил то ли развалиться, то ли скинуть горе-пассажиров в воду…"
"Какое счастье, что в нашей компании затесался хоть кто-то достаточно непослушный, чтобы плюнуть на крики Костромы.
