А на мэре Алтарного, боюсь, даже комбинезон выглядел бы строгим белым костюмом, пожелай он этого.
Что ещё меня удивило, но никак не касалось жалкой попытки косить под Кукушкина — так это чудеса акустики в амфитеатре. Несмотря на то, что мужчина говорил громко, но не кричал — я его отлично расслышал даже со своего места.
— Ого… Это так и задумывалось? — спросил я у Тихона. — Чтобы слышно было отовсюду?
— Нет, совпадение! — отмахнулся тот. — Тут камень рубили… Не такой хороший, как у Намжала, но тогда и планы были менее грандиозные.
И в какой-то момент обнаружили, что если стоять там, где Баринов сейчас — слышно отлично. Кукушкин дальнейшую добычу запретил, карьер перенесли… Ну и вот.
— Ясно, повезло! Но удобно! — оценил я.
— Ну так что, начнём! — решительно проговорил Баринов, так и не дождавшись ответа собравшихся. — Опоздавших ждать не будем!
— А ты кто такой? — крикнула девушка, сидящая где-то в середине зала. — Чего вылез?
— Скажем так… Я буду распорядителем сегодняшнего Совета! — с важным видом сообщил Баринов.
— Зовут меня Баринов Тимофей Леонидович. Можно просто Барин.
— А можно просто Фима! — хрюкнув, сообщил мне на ухо Тихон. — Барином себя обозвал… Надо же!
— Ни разу не палятся в своих желаниях… — кивнул я.
—…Мы с вами собрались, чтобы решить множество важных вопросов! — вещал тем временем самозваный распорядитель. — Уверен, наше заседание будет плодотворным и продуктивным для всех нас! Для коренных жителей и новичков, для групп и одиночек! Мы с вами прошли долгий путь от маленького поселения до крупного посёлка! Прошли его вместе, плечом к плечу.
И пусть мы мало знакомы…
— Ишь разливается-то! — восхитился Тихон. — Мы прошли долгий путь…
— А он его что? — уточнил я. — Просидел или пролежал?
— Пополам! — пытаясь не заржать, объяснил мой собеседник. — Половину просидел, половину пролежал…
— Простите, а вам совсем не интересно? — уточнил наш сосед спереди, который, оказывается, всё это время слушал наши перешёптывания.
— Совершенно! — ничуть не смутившись, ответил я.
— Чтобы толкнуть напыщенную речь, не нужен умный человек. Нужен болван без грамма критического мышления.
— Это почему? — удивился сосед спереди.
— А потому что если критически подойти к тому, что несёт этот индюк… — пояснил я. — В общем, станет так стыдно, что начнёшь заикаться, потеть…
— Краснеть! — подсказал Тихон.
— Краснеть! — согласился я. — Что вы сейчас наблюдаете на сцене, уважаемый?"
"— Уверенного в себе докладчика, — подумав пару секунд, ответил сосед.
