Вместе они спустились по склону холма между морщинистых стволов, по ковру из опавшей хвои.
У подножья холма росло больше фруктовых деревьев: яблони, груши и персики, а под ними – ягодные кусты. Лиана замедлила шаг и пошла так же осторожно, как Наперстянка, а потом замерла, стоило дозорной встать и сжать ей руку.
Впереди между деревьями неторопливо шел Вереск. Поедая на ходу яблоко размером чуть ли не с его голову, он то и дело поглядывал по сторонам, куда осторожнее, чем в пещерах.
Наперстянка утянула Лиану за дерево.
– Куда это он? – прошептала дозорная.
– Не знаю, – ответила Лиана. С собой отец взял сумку, но яблоки в неё не собирал. Зачем тогда она ему? – Он просто сказал, что идет «наружу».
Дозорная выглянула из-за дерева.
– В той стороне старая деревня, – шепотом сказала она.
– Так ведь … закон, – залепетала Лиана. – Сосну даже … не может же он сам …
Она умолкла, удивленная мрачным выражением на лице Наперстянки: дозорная смотрела в спину Вереску с очень большой неприязнью.
– Вот именно, Лиана, ему тоже туда нельзя. Если, конечно, закон справедлив и касается всех. – Она стиснула рукоять кинжала.
– Может, папа и не туда собрался? Вдруг он за персиками для мамы идет? И скоро вернётся, да?"
"Наперстянка посмотрела на Лиану, и её хмурое выражение постепенно прошло. Она открыла было рот, чтобы сказать нечто ободряющее, но тут с неба раздался страшный звук.
Как будто сошла лавина, или же разом взревела тысяча тигров, или прогремел гром в буре на весь материк, или же его издало нечто гигантское и ужасающее, чего Лиана ещё ни разу не слышала.
Кожа у нее сразу покрылась мурашками, и захотелось ёжиком свернуться где-нибудь в укромном местечке, желательно в компании Фиалки и Нарциссы, в окружении острых мечей.
Наперстянка прошипела какое-то непонятное слово («Это же РУГАТЕЛЬСТВО», – сообщит ей Фиалка, когда Лиана потом расскажет, как было дело) и схватила Лиану. Звук в горах еще не смолк, а дозорная уже забросила девочку на ветку ближайшей сосны и стала забираться следом.
«Шевелись», – ошалело подгоняла себя Лиана. Ухватилась за соседнюю, липкую от смолы ветку и подтянулась. Через несколько мгновений она уже залезла на середину дерева, но тут ее схватили за лодыжку.
– Стой, – шепотом приказала Наперстянка. – Замри.
Дважды ее просить не пришлось. Лиана вцепилась в ствол, подтянула колени и представила себя шишечкой на коре.
Маленькой, бурой, неприметной и уж точно несъедобной.
