– Тебе вообще было дело до убийства драконов? – спросил он. – До мести за Ласточку? До защиты деревни? – Листик глубоко вдохнул. В кухне пахло луком, сгоревшей свининой и предательством. – Или ты все это время обучала меня только ради того, чтобы я помог вам спереть сокровище?
– Да я же … – Сестра вяло пожала плечами. – И то, и то. Двух зайцев одним ударом. В конце концов, съели-то Ласточку драконы. Злиться можно и на них, и на шаманов, ведь так?
– Ты использовала меня и мой гнев. Заставила ненавидеть драконов, чтобы я оказался тебе полезным.
Его судьба рассыпалась, точно горка песка. Хотелось собрать все заново в кучу, стать собой, исполнить предназначение – убить драконов, спасти мир. Так все просто и незамутненно: вот тебе плохие, в чешуе и с когтями, а вот хорошие, люди.
– Нет! – вскричала Рябинка. – Я думала, что помогаю тебе! Видела, как ты подавлен … и мне захотелось дать тебе способ отомстить!
– Только не тем! – вскричал Листик. – Я за это время мог бы остановить шаманов! Это из-за них деревня в опасности.
– Он попятился. Ощущение было, что стены то расширяются, то сжимаются вокруг него. – Вот почему ты сразу поверила, что Бора принесут в жертву. Знала, что шаманы уже поступали так прежде. Были и другие? До Ласточки?
– Наверное. Когда я была совсем маленькой, в жертву принесли одного ученика. За что – не сказали, только «было видение, драконы потребовали» и всякое такое.
– И ты отправила меня вкалывать на них. – Листик опустился на корточки и спрятал лицо в ладони.
Он только и мог думать, что о маленькой сестрёнке: что она переживала в последний день? Знала ли, что в жертву её приносят с родительского дозволения? Вдруг подумала, что и Листик обо всем знает? Что ему нет до неё дела? Что от неё отвернулись все?
«Бедняжка я», – печально прошептала Ласточка.
Из-за мешка с картошкой к ним заглянул Тимьян:
– А знаете, можно ведь еще набрать сокровищ.
– Нашел время, Тимьян, – огрызнулась Рябинка.
– Так ведь мы свободны и внутри дворца … если держаться тихо и не попадаться драконам … Тут же всюду сокровища.
И потом, надо же на что-то выкупать Бора, так?
Листик чувствовал на себе взгляд Рябинки, но не смотрел на неё. О сокровище он сейчас даже думать не мог. Как быть дальше? В деревню не вернёшься: как смотреть в глаза родителям и шаманам, зная об их преступлении? Но что тогда делать с пригоршней песка, в которую превратилась его некогда великая судьба?
– Ты прав, Тимьян, – сказала наконец Рябинка.
